И только ему ведомо, чего он этим добивался, мысленно добавил Эд. Джайлзу нет никакого дела до Джеймса. Ему важна только ты, Сара. Потому что через тебя он может добраться до меня и отомстить нам обоим.

— Ему очень хотелось иметь собственного сына, — говорила Сара. — Но он всей душой принял Джеймса. Труднее всего ему было справиться с тобой, Эд. Со всем, что с тобой связано. И он этого не скрывал.

В это легко поверить, подумал Эд.

— Я знаю, что ты хочешь мне сказать, и прекрасно тебя понимаю, — сказал он вслух. — Я знаю о Джайлзе гораздо больше, чем ты думаешь, Сара. Поверь. Я очень много об этом думал. В конце концов, ты посвятила ему последние двадцать лет. Именно посвятила. И он это очень хорошо понимает. Вот почему он хочет, чтобы ты была счастлива. Потому что ты это заслужила, Сара. Он просто платит по счетам, Сара.

— Ты правда так считаешь? — с надеждой спросила Сара, хватаясь за соломинку в бурлящем океане, который грозил ее поглотить. — Ты уверен?

— Абсолютно уверен. Я знаю, что он ужаснулся бы, честное слово — ужаснулся, — повторил он, — если бы узнал, что ты чувствуешь за собой вину. Мы оба заплатили за все сполна, и ты, и я. Наши счета в полном порядке, мы никому ничего не должны. И что бы ни сделали сегодня, это уже никак не повредит Джайлзу. Иначе он не пригласил бы меня сюда. Не стал бы меня терпеть в своем доме. Он доверяет нам, Сара. Ты не можешь этого не видеть. И не надо рассказывать мне о том, какой он необыкновенный человек. Я и сам это знаю.

— Ой, я знала, что ты все расставишь по местам, — радостно воскликнула Сара. — Никто лучше тебя этого не умеет. — Она обвила его шею руками и крепко поцеловала. — Надо было раньше завести этот разговор, — призналась она. — Какое облегчение ты мне принес, Эд!

— Ты знаешь, что мне можно доверить все, — сказал Эд. — Все, Сара.

— Теперь так и буду делать, — пообещала Сара, радужно улыбаясь, и снова поцеловала Эда, а он обнял ее в ответ. «Почему бы и не воспользоваться случаем, — подумал он. — Если он использует меня, то и мне не грех поживиться за его счет».

* * *

Пятничный закат не обманул — суббота выдалась погожей. Джайлз спустился обедать вместе со всеми, а потом все отправились на крикетное поле, которое находилось в конце Хай-стрит, за церковью. Бейтс помог Джайлзу подняться на судейскую трибуну, а Сара присоединилась к дамам, которые готовили в павильоне грандиозное чаепитие. Эд расположился в парусиновом кресле на краю поля, предвкушая, как начнет сбываться прогноз Джеймса и Литл-Хеддингтон накажет Грейт-Хеддингтон.

Приятно было полулежать в удобном кресле под сентябрьским солнышком, под аккомпанемент ударов битой по мячу, возгласы болельщиков и звон колоколов каждые четверть часа, наблюдая за игрой Джеймса. Главным судьей с незапамятных времен выступал старый мистер Сарджент. В составе команды Литл-Хеддингтона были крестьяне, продавцы из лавки, механики, пастухи, молочник. Как это по-английски, подумал Эд, так же как и этот чай — горячий, крепкий, с бутербродами, мясным пирогом и печеньем, испеченным самими леди. После игры все собрались вместе на ужин с ростбифом и маринованными огурчиками, где вспоминали прошлые матчи и обсуждали подробности последнего. Джайлз, сидевший на почетном месте во главе стола, выпил только пинту пива.