Изменить размер шрифта - +
Хочешь, пересядем за их столик?

— Не хочу! — испугалась Ната. — Зачем с ним сидеть? А еще расскажи мне, кто они. Вот этот... — Она начала было поднимать руку, чтобы показать, но тут же опустила. Дан научил когда-то, что показывать пальцем нехорошо. — Который длинный, в очках.

Данислав рассказал. ‘Длинный в очках’ — Никита Аквидзе, пресс-секретарь из ‘Силикон Индастрис’. Милейший человек — каждой из своих любовниц, прежде чем отправить ее в отставку, дарит симпатичный домик на Апеннинах. Там, говорят, теперь целый поселок из этих домиков, а на детских площадках носятся веселые табунчики маленьких чернявых Аквидзе. Вон тот здоровый, лысый, с трубкой, — Джоб ‘Шар’ МакАстер, знаменитый драчун в боях без правил по прозвищу Бильярдный Шар. Он недавно подписал контракт с ‘Фурнитурой’. Ну, это, знаешь, которые делают ‘умную одежду’. Он теперь красуется во всех их рекламных роликах с ‘подтяжками-интуитами’, ‘ловкими галстуками’ и другой дребеденью. Та дама в колье за миллион кликов — жена самого Изи Швейберенга, хозяина ‘Майкрософта’.

Ната смотрела во все глаза.

— И ты со всеми знаком?

— Ну-у... — протянул Дан. — С некоторыми, не со всеми. Меня ж часто на подобные мероприятия приглашают, хотя я не бизнесмен и не политик... — Он запнулся. Опасная тема. Сразу же начинаются вполне резонные для нее вопросы... А кто ты? Чем занимаешься? Целый год, Даник... то есть Дан, ведь мы вместе уже целый год, ты обо мне все знаешь, я все тебе рассказала, а ты...

Она до сих пор не знала даже, как он попал в те заросли у холма с сотрясением мозга. Правда, он познакомил ее с Раппопортом, сказал, что когда-то учился у его младшего брата, а теперь Михаил Раппопорт — его шеф. Близко к истине, хотя правильнее было бы сказать, что Раппопорт-старший просто дает Дану заработать.

— Ты ведь там жил раньше?

— А? — задумавшись о своем, Дан не сразу сообразил, о чем она. — Да-да, там. Учился. Покажу тебе знакомые места.

Пол опять качнулся, в зале отдыха гулко зазвучал усиленный динамиками голос программиста, управляющего через геовэб перемещением острова (такого человека по старинке называли Капитаном):

— Наш остров приближается к автономии Университетов... Просьба всем вернуться в свои каюты, через пятнадцать минут...

Люди начали вставать. Дан с Натой тоже поднялись. Она заметила, что Дан снова ушел в себя, и, стараясь вернуть его внимание, спросила:

— Так мы их всех еще увидим?

Данислав ответил:

— Конечно. Там у «Электрикум Арт» большая вечеринка, все соберутся.

 

За десять дней до этого в Лама-секторе орбитального анклава «Тибет», в беседке на вершине пластикового пригорка — одного из десятка одинаковых конических пригорков, — невысокий узкоглазый мужчина произнес почти то же самое и почти с тем же выражением. В беседке сидели двое: Аша, глава корпорации «Невмешательство», совсем недавно переименованной во «Вмешательство», и его гость Жиль Фнад. Задумчивость Аши, которого еще называли ламой, хотя в общепринятом смысле ламой он не являлся, как раз и была связана с гостем. Он искоса рассматривал Фнада, размышляя, почему тот вызывает неясную тревогу.

— На своей вечеринке «Электрикум Арт» соберет множество гостей.

Глава «Вмешательства» произнес это, скрестил ноги и откинулся в кресле, позволяя ассоциативным ручейкам сплетаться в привычном потоке сознания. Соломенные подстилки, два кресла и столик между ними. Фарфоровая чашечка-наперсток, блюдце с миндалем, высокий бокал с янтарной жидкостью и вишенкой.

Быстрый переход
Мы в Instagram