— Ты уверен, что хочешь знать? — спросил он. — Подумай. Иногда неведение — лучшая защита.

— Я понимаю, — кивнул хозяин дома. — Если бы я и правда мог выбирать, я бы выбрал неведение. Но теперь уже — нет. Я ведь сам попросил тебя о помощи! Потому что я знал про обман Камита. Мне осталось лишь выяснить, что было на самом деле.

— Ее заставили выносить дитя.

— Что? — отшатнулся от него лорд Ирмеон.

Даже Ракима это шокировало; о человеке, который не занимался магией, и говорить не стоило. И тем сложнее было то, что чародею предстояло объяснить.

— Это было не человеческое дитя. Ее тело использовали как сосуд, чтобы привести в этот мир нечто новое. Илиза была молода и здорова, они думали, что этого достаточно. Но такие игры не проходят даром. То, что она носила, не сумело выжить. Они попытались спасти его и не сумели. Илиза умерла, когда они доставали из нее этого уродца.

Лорд Ирмеон справлялся с этим лучше, чем ожидал Раким. Чувствовалось, что ему хочется отрицать все, злиться — и на мага, и на весь мир. Но он был слишком умен, чтобы не верить. Он только спросил:

— Откуда ты знаешь, что это… дитя… что оно мертво?

Вот теперь Раким мог показать ему сосуд с тем, что достал из тела Илизы. Это была крошечная рука — совсем как человеческая, но при этом покрытая светлой чешуей, с мягкими пока когтями на кончиках пальцев. Ткани были настолько нежными, что рука просто оторвалась, когда младенца доставали из тела женщины. Чем бы ни было это существо, оно не могло жить.

Но для Ирмеона это было не просто чудовище. Он видел то, что убило его единственную дочь, нарушение всех законов, всего, было для людей святым. Раким, даже прошедший когда-то через смерть своего ребенка, не брался представить, какая буря бушевала в его душе. Нара умерла от болезни, и даже это оказалось невозможно принять. То, что произошло с Илизой, было кошмаром наяву.

— Я помогу тебе, — наконец сказал лорд Ирмеон, не глядя в глаза собеседнику.

Это было настолько неожиданно, что Раким растерялся, не зная, как понимать его.

— Что?…

— Ты пришел в мой дом не просто так. Ты просил меня о помощи, а я отказал тебе, потому что боялся за жизнь Илизы. Но теперь-то мне нечего терять, правда? Я сделаю все, что нужно, чтобы Камит и все, кто рядом с ним, сгнили заживо!

— Это будет очень опасно, — предупредил Раким.

— А ты думаешь, я боюсь за себя? Или что моя жизнь хоть что-то значит? Это было мое будущее! — Ирмеон указал на гроб, прикрытый тканью. — Теперь его нет. Я не могу жить так, как раньше, для себя. Но я могу жить ради памяти о ней. Я хочу уничтожить тех, кто уже уничтожил меня. Тебе нужны мои работы? Забирай все, и я сделаю больше, все, что нужно! Если бы все мы не смалодушничали, а сразу поддержали настоящего императора, такого бы не было. Помнишь, старые легенды говорили, что предательство рода Реи обрушит проклятье на всю империю? Мы слишком рано перестали им верить.

Раким мог только кивнуть. Он не был уверен, что Ирмеон не прав.

— А еще мы должны предупредить остальные семьи, — добавил хозяин дома. — Сейчас они расслаблены, как я. Они думают, что война идет по привычным правилам, что их дочери в безопасности! Может, для некоторых семей уже слишком поздно, а они даже не представляют об этом.

— Тебе сейчас нельзя этого делать, — возразил маг. — Люди Камита знают, что ты опечален и разгневан смертью дочери. Они будут следить за тобой особенно внимательно, проверять, примешь ли ты их ложь. Они должны поверить, что обманули тебя.

— Ну и что теперь? Хранить их тайну?

— Нет.