Изменить размер шрифта - +
Испарись Тайра, я бы подумала, что она отправилась через один из специально установленных для нее порталов на Архан. Растворись Сиблинг, я бы даже не заметила.

Но Клэр?

Клэр являлась частью этого мира – стабильной и незыблемой его частью. Без непредсказуемости, без неадекватных поступков, без «волн». Клэр была одним из трех китов, на которых, как выяснилось, зиждилось мое спокойствие.

А теперь она пропала.

Предварительно забрав из дома все свои вещи.

Дрейк на работе – статус: не отвлекать. Способный обладать какой-то информацией Антонио не желал брать трубку – занят? Обратиться к Чейзеру – мол, определи местоположение «потеряшки»? Я и сама могла бы прыгнуть к ней, чтобы прямо спросить о том, что произошло, однако какое-то время назад перестала бездумно этим заниматься, столкнувшись с конфузными ситуациями (люди в спальне, в душевой, в туалетах, люди, занимающиеся любовью).

А что, если она попросту купила горящую путевку на какой-нибудь дальний остров, а позвонить и сообщить мне об этом решила позже?

Всякое случается. Дрейк учил не паниковать, и я не паниковала.

 

Раскачивались от ветерка ветви лип, выглядывали из декоративных «капустных» листьев на аккуратных палисадниках бутоны троцинии; шуршал под ногами на ведущей к дому дорожке песок – он всегда оставался на ней после дождя. Слишком быстро менялся рисунок неба – ветер гнал в далекие дали стада облаков.

Дверь я открыла своим ключом.

Тихо. Через несколько секунд выбежал навстречу белоснежный Михайло, потерся боком о мою штанину, громко замурчал.

Ни фурий. Ни Ганьки.

Фурии-то ладно – их попросил для очередной «беседы» в Реактор Сиблинг – мохнатые существа и представители Комиссии нередко обменивались полезной друг для друга информацией, – но Огонек? Рыжая кошка – любимица Клэр – никогда не покидала этот особняк. Ни разу с тех пор, как поселилась в нем.

На душе, несмотря на безмятежный с виду день, копилась тяжесть.

 

– Голодный?

Кот обтирался об меня так рьяно, будто его никто и никогда не кормил. В стальной тщательно вымытой миске не нашлось кошачьего корма – пришлось насыпать из пакета.

– Ешь.

С кухни я удалилась под хруст разгрызаемых кусочков «Кискис».

Особняк без Фурий и подруги будто обветшал энергетически – уныло притих, опечалился и теперь напоминал мне покинутого сыновьями деда. Деда, сидящего у окна и ждущего, что однажды родные навестят его вновь.

Какие странные мысли.

Для людей не бывает ничего хуже неизвестности. Неизвестность – состояние формирования новых колец реальности – ситуаций, событий и неслучайных случайностей, построенных на основе прежних действий и решений. А находясь в подвешенном состоянии, люди почти никогда не умеют ожидать хорошего – слишком сильны засевшие глубоко страхи.

Я же училась от них избавляться и занималась этим уже не первый месяц. Высвобождала стрессы, следила за собственными эмоциональными всплесками, по наставлению Дрейка училась аккумулировать энергию. Старалась не растерять ее и теперь, когда случилось нечто из ряда вон выходящее.

«Все живы, все здоровы», – бодро повторяла себе внутри и не поддавалась тревоге. Хотя последняя наседала.

После обеда, если Клэр не позвонит сама, я прыгну к ней.

На том и успокоилась. Вошла в тихий зал, уселась на диван, подвернула под себя колени и выпрямила спину – меня ждало время «внутреннего покоя», в течение которого я избавляла голову от ненужного мысле-хлама, училась ощущать пространство мира не разумом, а чувствами, ощущать тонкими телами невидимое.

Быстрый переход
Мы в Instagram