— Значит, убийца в доме, — удовлетворенно заявил следователь. — Живет он там.

— Но напомню, это не Алла, — твердо сказал Влад. — Так что остынь ты уже. Не причем она.

— А вот тут нет! — категорично заспорил Савелий. — Убитый шел к ней. Тем более ночью. И она его не знает? Ложь. Она точно где-то врет. И я ее поймаю.

Ирка поставила перед Алиной высокий запотевший стакан с холодным пивом. Девушка тут же схватила напиток и сделала глоток. Блаженно зажмурилась.

— То, что надо, — почти ликующе, выдала она.

— Тебе лучше? — заботливо спросила подруга, усаживаясь напротив писательницы за столиком.

— Я остыла, — призналась Алина.

Сидящий рядом с ней Егор только насмешливо хмыкнул.

Он приходился Алине дядей. Хотя разница в возрасте у них была всего в каких-то восемь лет. Девушка привыкла воспринимать Егора больше не как родственника, а как друга. Весьма и весьма надежного.

Дядька позвонил ей спустя час, после того, как следственная бригада наконец-то отбыла, оставив Алине чувство измотанности и квартиру, требующую генеральной уборки. Писательница по этому поводу пребывала явно не в восторженном настроении. Егор, узнав новости, приехал, помог привести все в порядок, а потом отвез племянницу в свой паб, зная, что ей необходимо развеяться. Вот только все это время девушка почему-то внутренне вся кипела. Похоже, ее реально отпустило только что.

— Вообще, история так себе, — высказалась Ирка.

Она была не только лучшей подругой Алины, но еще и женой Егора, потому и оказалась так вовремя в пабе.

— Только замечу, — несколько иронично сказал родственник писательницы. — Эмоции твои для данного случая несколько неадекватны, дорогая племяшка. Вроде, человек помер.

— Не просто умер, — напомнила Алина. — Его убили. Пусть я мужика этого никогда в глаза не видела, но он человек, и это все… Не то, чтобы печально, реально же знакомы не были. Но все равно его жалко.

— Это как раз понятно, — рассуждал Егор. — Но почему ты кипишь, будто чайник?

— Не из-за него же, — буркнула девушка. — Он не виноват.

Такой ответ снова заставил дядю насмешливо фыркнуть.

— Чего ты к ней привязался? — напустилась на него Ирка. — Найти труп на своем пороге, удовольствие, ниже среднего.

— Да не в этом дело, — устало признала Алина, зная, что они все равно не отвяжутся. — На моем пороге или еще где, все равно труп, это печально. Как мы и говорили. Дело в следователе.

— А! — попытался догадаться Егор. — Вторжение в твое личное пространство. Куча чужих людей в твоем доме. Вообще, тут тебя трудно не понять. Это всегда неприятно и злит. Особенно, когда выкинуть таких гостей ты точно не можешь.

— У них такая работа, — напомнила ему племянница. — Тут я не в претензии. Сама описывала все это больше десятка раз. Можно подумать, им это в радость. Я бы спокойно потерпела.

— Подожди… — попросила Ирка. — Она не сказала, что дело в них. Она сказала, в следователе.

От воспоминаний Алина досадливо поморщилась, чем доказала правоту подруги.

— Он серьезно тебя подозревает? — забеспокоился Егор. — Тебя прессовали?

Теперь уже насмешливо фыркнула сама писательница.