— Нет подъема, — сказал Чип, а Маттиола сказала:

— Но зато он доставил нас сюда. Нам здорово повезло, что мы смогли раздобыть его.

Даррен Костанца улыбался.

— А свои карманы вы набили камерами и разными вещицами? — поинтересовался он.

— Нет, — сказал Чип, — мы решили ничего с собой не брать. Начинался отлив и…

— О, это была ваша ошибка, — сказал Даррен Костанца. — И вы совсем ничего не взяли?

— Пистолет без генератора, — сказал Чип, доставая его из кармана. — И еще несколько книжек и бритву.

— Это ничего, стоящая штука, — сказал Даррен Костанца, беря пистолет и разглядывая его, примеряя к руке.

— Нам придется продать катер, — сказала Маттиола.

— Вам надо было набрать всего побольше, — сказал Даррен Костанца, отворачиваясь от них и отходя подальше. Они переглянулись и опять посмотрели на него, хотели было шагнуть к нему, но он повернулся, держа в руке наведенный на них револьвер и положив Чипов пистолет себе в карман.

— Это старье стреляет пулями, — сказал он, отступая дальше, к передним сиденьям. — Ему генератора не требуется, — пояснил он. — Бах, бах! А теперь — в воду, быстро! Марш в воду!

Они уставились на него.

— Прыгайте в воду, кому сказано, сталюги! — заорал он. — Хотите получить пулю в башку? — Он что-то сделал в задней части револьвера и навел его на Маттиолу.

Чип подтолкнул ее к борту. Она перелезла через поручни и со словами:

— Зачем он это делает? — соскользнула в воду. Чип спрыгнул вслед за ней.

— Отваливай от борта! — крикнул Даррен Костанца. — Отцепись! Плыви!

Они проплыли несколько метров, балахоны их вздулись пузырями, и они теперь стояли в воде торчком, как поплавки.

— Для чего вы это делаете? — спросила Маттиола.

— А ты, балда, сама додумайся! — сказал Даррен Костанца, садясь к румпелю.

— Мы утонем, если вы нас бросите! — крикнул Чип. — Мы не сможем доплыть, здесь так далеко!

— А кто вам велел переться сюда?

Катер дернулся и стал набирать ход, таща за собой привязанный ялик, вздымавший веер пены.

— Ах ты, ладо-гадо братоборное! — выругался Чип. Катер взял курс на восточную оконечность далекого острова.

— Он забрал катер себе! — сказала Маттиола. — Он хочет продать его!

— Больной себялюбец из Пред-У, — сказал Чип. — О, Христос, Маркс, Вуд и Вэнь, у меня же был в руках нож, а я бросил его на пол! Ишь ты: «Поджидал вас, чтобы помочь добраться до порта!» Он пират борьбатый, вот он кто!

— Хватит! Довольно! — сказала Маттиола и посмотрела на него с отчаяньем.

— О, Христос и Вэнь!..

Они расстегнули свои балахоны и выпростались из них.

— Не выпускай! — посоветовал Чип. — Он будет удерживать воздух, если завязать наглухо!

— Вон еще одна лодка! — сказала Маттиола.

Белое пятнышко быстро перемещалось с запада на восток где-то на полпути между ними и островом.

Она стала махать балахоном.

— Слишком далеко, — сказал Чип. — Поплыли, Маттиола!

Они завязали рукава балахонов себе вокруг шеи и поплыли в довольно холодной воде. Остров был невообразимо далеко — километрах в двадцати, если не больше.

«Если бы мы смогли хоть понемногу отдыхать на раздутых балахонах, — думал Чип, — мы смогли бы подплыть достаточно близко к острову, чтобы нас могли заметить с другой лодки.