- Да. Мне хорошо здесь. Мике нравиться новая школа, а я нашла неплохую работу. Мика, хм, познакомился с Фалько. Они ничего не знали о нем, пока не познакомились. Теперь они очень активно принимают участь в его жизни.

Я остановилась и ждала, пока она скажет что-то. Она промолчала.

- Я отправляла им письма. Много писем. Я хотела и нуждалась в том, чтобы они знали о Мике. А он нуждался в них. Табби прекрасная бабушка, я знала, что так и будет. Мика потерял пять лет своей жизни. Я не понимаю, как это случилось.

Я снова столкнулась с молчанием. Я уже начала было что-то говорить, но моя тетя, наконец-то, заговорила.

- Если ты звонишь мне, чтобы спросить меня, брала ли я эти письма, то вопросы все к твоей матери. Я делала свою работу достаточно долго, Сиенна. У меня нет детей, потому что я не хочу брать на себя ответственность. Тем не менее, моя младшая сестра пренебрегла ее ответственностью перед своим ребенком, поэтому я согласилась принять тебя, пока ты не встала на ноги. Но все же, я не твоя мать. Я не стану отвечать, что случилось с этими письмами. Ты жила в моем доме. Я могла делать все, что заблагорассудится. Ты должна позвонить матери и поговорить с ней. Все в прошлом. А теперь, если это все, о чем ты хотела поговорить, то я вернусь к работе.

Мне нечего добавить. Тетя Кэти все прояснила.

- Нет, мэм, это все. Я дам Вам вернуться к работе, - ответила я.

- Ты умная девочка, Сиенна. Пользуйся этим и сделай жизнь этого ребенка, такой, какую ты точно заслуживаешь. Пусть прошлое останется в прошлом. - и на этом всё, тётя Кэти положила трубку.

Я не была удивлена. На самом дела, не была. Она всегда была такой. Она никогда не ворковала и не обнимала Мику. Для нас она была как надзиратель, и теперь я поняла, что это действительно то, кем она для нас была. Но я была в таком отчаянии, и желала, чтобы кто-то любил нас, что я приняла всё то, что она была готова дать.

Я взглянула в окно на дом семьи Фалько через улицу. Они любят нас. Важнее всего, что они любят Мику. Может это как раз тот момент, когда мне нужно позвонить маме. Я должна простить её и забыть о прошлом. Если бы она захотела увидеть Мику, как бы я удержала её от него? Он любит семью, которую он обрёл. Он заслужил это.

Стук в дверь моей спальни остановил меня от звонка ей. Я положила телефон, подошла, открыла её и увидела Дуэйна, державшего спящего Мику.

- Ты хочешь переодеть его прежде, чем уложить в постель? - шепотом спросил он.

Я кивнула.

- Унеси его в детскую и уложи на кровать. Я переодену его там.

Дуэйн сделал так, как я ему сказала. Я проследовала за ним в комнату Мики, затем он вышел, а я не торопясь переодела Мику в пижаму. Я всё ожидала услышать звук закрывающейся передней двери, но этого не случилось. Значит Дуэйн ждал меня. Когда мне нечего уже было делать, я укрыла Мику и тихо вышла из его комнаты.

Дуэйн стоял в гостиной, скрестив руки на груди и смотрел на мои с Микой фотографии, которые я выставила на каминную полку. На одной из них был запечатлен момент, когда Мика сделал свои первые шаги. Другая была с его третьего дня рождения. На последней был запечатлен день, когда я закончила курсы красоты.

- Ты была ещё ребенком здесь, - сказал он, и взял фотографию со мной и Микой, когда он делал свои первые шаги.

- Мне было почти восемнадцать, - сказала я. Но я была ребенком.

- Ты гордишься им здесь. Ты не выглядишь уставшей или грустной. Просто счастливая.

- Я была счастлива. Мой мальчик сделал свои первые шаги и, я была единственным человеком к кому он пошёл. Он пытался следовать за мной по всему дому. Вот как он начал ходить. Ползание для него было не достаточно быстрым.

Дуэйн положил её обратно.

- У тебя есть ещё? Мне бы хотелось иметь фотографии с ним и с тобой.