— Одна женщина против тысячи воинов?

— Вот на это мы и посмотрим, — указал я рукой в сторону своего личного дирижабля, приглашая хана на просмотр зрелища.

Нет, ну а как вы хотели? Я же не могу жену одну отправить на подвиги, хоть и понимаю головой, что чисто теоретически с ней ничего не должно случиться.

Естественно, я её с неба подстрахую. В конце концов, я сам по себе целой армии стою. Это я к тому, что у меня в дирижабле Сбруя стоит, в которую я обязательно вкуюсь, как только Дашка начнёт войска нойна гонять по степи.

— У нас жёны ведут себя скромней, — заметил хан, поднимаясь вслед за мной в гондолу дирижабля, вместе с переводчиком.

— Увы мне, — сделал я вид, что крайне сожалею по поводу того, какая хану достанется родственница после свадеб моих сыновей с его дочками.

Сватья в шагоходе — это вам вовсе не будущая свекровь в квадрате!

Тут всё на порядок серьёзней!

Случись что — она весь Улан-Батор вдоль и поперёк переедет, но своего добьётся.

Глава 7

Утро у казацкого сотника задалось. Только было на разминку вышел, а тут вдруг радостное известие.

— Аким Филиппович! К нам "Сахалин" бежит! — услышал он спозаранку доклад караульного.

— Добре. Марфа, ты что-то из товаров заказывала? — крикнул сотник в открытую дверь дома.

— Крупы с мукой по три пуда, сахара полпуда, ткань и мыло со всякими мелочами, — появилась было на крыльце жена, вытирая руки передником, но почти тут же метнулась обратно в дом, где заголосил ребёнок, а скоро и второй голосок к нему присоединился.

Аким Филиппович залихватски крутанул ус, слушая рёв своей проснувшейся двойни, мальчика и девочки, которые поутру обычно на редкость настойчиво требовали их покормить.

Свезло ему с женой, да ещё и Бог двух деток им дал. Глядишь, не последних.

— Фёдор, запрягай кобылу. Поедем на пристань. Надо проследить, чтобы руду и травы отгрузили, как положено, по регламенту, да и припасы для заставы заберём, — крикнул он вышедшему из казармы казаку, который выскочил из дверей, едва услышав крик караульного, — И поторапливайся, капитан у "Сахалина" лихой, швартоваться долго не станет.

Сам он, тем временем, приложил козырьком ладонь ко лбу, чтобы солнце не мешало рассмотреть манёвры корабля, подходящего к причалам на приличной скорости.

Капитан и владелец этого необычного торгово-посыльного судна — сын известного сахалинского купца — помора, Юрий Мамонтов. Сам он не говорит, откуда про водоразгонные техномагические трубы узнал, но на его корабле нет ни двигателей, ни винтов. Вместо них четыре трубы техномагические стоят. Они забирают в себя воду через щели — жабры, что расположены в носовой части судна, и с большой скоростью выталкивают воду за корму. Говорят, на ходовых испытаниях, при половинной загрузке балластом, "Сахалин" тридцать четыре узла показал. Понятное дело, что на обычных перевозках торговец с такой скоростью не ходит, выбирая экономичный режим в двадцать один — двадцать два узла. Но каково! Не каждый военный корабль за ним угонится.

Как уж Юра Мамонтов к князю Бережкову с чертежами своего судна прорвался, один Бог ведает. Но помог ему князь, сам заинтересовавшись необычным проектом юного помора. Техномагов под его проект выделил, чтобы они свою механику просчитали. Сорта стали для разгонных труб и корпуса какие-то особые сварили, по его команде, а там и полутора лет не прошло, как "Сахалин" на воду спустили. И ведь бегает судно, да так шустро, что другие купцы на него с завистью посматривают. Пока их пароходики со скоростью в восемь — десять узлов от порта в порт телепаются, "Сахалин" уже дважды, а то и трижды обернуться успевает.