— В мире нет ничего прекраснее, чем целыми днями валяться с книгой.

— Да еще и с хорошей книгой, — вставила Луиза.

Леди Оливия прыснула, но возразила:

— Он, знаешь ли, не просто читает. А еще и занимается такой мелочью, как перевод.

— А! — мистер Грей только отмахнулся. — Ерунда!

— Переводить на русский? — с сомнением уточнила Аннабель.

Он снисходительно обернулся к девушке.

— Я использовал гиперболу.

Он говорил тихо, и Аннабель показалось, что ни Луиза, ни леди Оливия ничего не слышали. Они как раз погрузились в какую-то оживленную беседу и слегка отошли, оставив Аннабель с мистером Греем. Не наедине, даже и близко нет! Но почему-то ощущение было именно такое.

— У вас есть имя, мисс Уинслоу? — тихо спросил он.

— Аннабель, — ее голос прозвучал сдавленно, резко и как-то неприятно.

— Аннабель, — повторил он. — Я сказал бы, оно вам очень идет, вот только… откуда бы мне это знать, не так ли?

Она плотно сжала губы, а ноги у нее стали, как ватные.

Он хищно улыбнулся.

— Мы ведь с вами никогда раньше не встречались.

Она не разжимала губ. Просто не доверяла себе.

Похоже, это его только раззадорило. Он слегка склонил голову в ее сторону, идеал джентльмена, да и только.

— Я с нетерпением буду ожидать нашей встречи сегодня вечером.

— Да ну?

Он прыснул.

— Как едко. Прямо скажем, лимонно-кислое обращение.

— Лимонно-кислое, — повторила она. — Вот как!

Он наклонился.

— Интересно, почему я вам так не нравлюсь?

Аннабель бросила безумный взгляд на Луизу.

— Она меня не слышит, — заметил он.

— Вы не можете этого знать.

Луиза с леди Оливией в этот момент как раз присели на корточки возле Фредерика.

— Они слишком заняты собакой. Хотя… — Тут он нахмурился. — Совершенно не представляю, как Оливия в ее-то положении собирается вставать.

— С ней все будет в порядке, — не раздумывая, ответила Аннабель. — Срок не такой уж и большой.

Он изумленно повернулся к собеседнице.

— В обычной ситуации я бы счел, что утверждение делается на основании личного опыта, но зная, что кроме меня опыта у вас нет никакого, я…

— Нас в семье восемь детей, и я самая старшая, — отрезала Аннабель. — Мама была беременна все мое детство.

— О таком объяснении я как-то не подумал, — признался он. — Ненавижу, когда так происходит.

Аннабель хотела бы не испытывать к нему симпатии. Честное слово. Но он, со своим неброским обаянием и привычкой улыбаться лишь одним уголком губ, чрезвычайно затруднял ей эту задачу.

— Зачем вы приняли приглашение Луизы? — спросила она.

Его лицо ничего не выражало, но она точно знала, что мысли его сейчас вертятся с утроенной скоростью.

— Из-за ложи Фенвиков, — ответил он таким тоном, словно иных объяснений и быть не могло. — Вряд ли мне еще когда-нибудь удастся сидеть на столь отменных местах.

И правда, Луизина тетя постоянно пела дифирамбы своей ложе.

— А еще ваш жалкий вид, — добавил он. — Отказаться было очень сложно.

Она бросила на него гневный взгляд.

— Честность во всем, — усмехнулся он. — Мое новое кредо.

— Новое?

Он пожал плечами.