Изменить размер шрифта - +
Они давали мне понять, осознать то давно забытое чувство, которое я потерял с самого начала появления в этом мире…

— Я дома, — прошептал я, а потом спрыгнул с коня и направил руки к небесам, приветствуя всю толпу.

И вновь люди разразились радостными криками, вновь начали скандировать моё имя. Их тут было не больше полутора сотен… но казалось, что целые тысячи людей стоят рядом. Словно всех живых поддерживают мёртвые, за которых нам удалось отомстить, словно сам дух города вселился в каждого из них и стократ усиливал их ликование.

— Увы, мы не знали, что именно будет в будущем, не знали, кто будет именно из нас в Совете, из-за чего не приняли эти решения раньше, — вновь говорил оратор, голос Совета. — Но сейчас, когда сформировано правительство нашего полиса, когда назначен Совет и заняты все основные должностные посты народными избранниками из числа воителей… мы решили полностью освободить от налогов Астера и весь его отряд, если они пожелают поселиться тут. Также в их честь сегодня вечером будет устроен пир, торжественный, на главной площади. Только на этот раз без сражений, — неловко проговорил он.

Толпа засмеялась, да и я с Никой тоже.

— И искренне от себя лично и от лица Совета приношу свои извинения, что вы не въехали в город в колеснице, запряжённой четырьмя украшенными скакунами, как этого требуют наши традиции, — положив руку на сердце, с искренностью в глазах и голосе проговорил он. — Но лучшие места в нашем театре и банях — ваши! Ибо так решил народ нашего чудесного города, как бы он ни выглядел!

И в подтверждение этому все вновь радостно начали кричать. Такое без народной поддержки реально тяжело реализовать. Совет вправе, конечно, но если народ против… то и исполняться эта почесть никем не будет. Всё логично. При этом власть имеющие люди будут просто разводить руками.

— Но раз у нас не удалось устроить вам полноценное триумфальное шествие, — с хитрой улыбкой говорил Советник, — то прошу принять этот скромный подарок от мастеров-каменщиков нашего чудесного города.

И тут огромное белоснежное полотнище, подвешенное за веревки, упало вниз, а за ним… стояли я и Ника. Я стоял по правую сторону, а Ника — по левую. Мы держались за руки, а в других руках были мечи, которые мы направили к небу. Это была статуя… и она была сделана из мрамора, одного из самых капризных и дорогих минералов. И у меня действительно не было слов, как и у моей супруги. Ибо скульптура была невероятно точна, каждый мускул, каждый изгиб… всё точно, все красиво. Я даже не знал, кто мог им подсказать со столь высокой точностью, как изобразить нашу внешность.

— Астеру и Нике. Достойным воителям из достойных семей. Слава им и тем, кто их воспитал и вырастил, слава их родителям, да устремится ввысь слава о них в веках! – прочитала вслух Ника то, что высекли на постаменте. — Потрясающе…

И вновь жители города начали торжественно скандировать наши имена. Начинал обычно кто-то один, а подхватывали все. Я стоял… и не мог поверить. По сути, нас уже отблагодарили за то, что тут произошло, по сути, мы уже получили почести. Но, видимо, мы прославили не только своё имя, но и наш город, всех его горожан, кем бы они ни были. И они отплачивают нам тем же.

Советник, немного прихрамывая, спустился с трибуны и направился к нам, раскинув руки в разные стороны. Подойдя, он обнял нас и ещё раз проговорил, насколько благодарен нам, но тут же дал знать, что пояснения будут после. Скорее всего, это всё было из-за преференций со стороны столицы. По крайней мере возникало именно такое ощущение.

В конечном итоге люди начали расходиться на работы, а мы последовали дальше, в здание Совета, где нас попросили некоторое время подождать. Причём «некоторое» оказалось меньше, чем пять минут. Вынесли пергамент, на котором записали моё и Ники имена.

Быстрый переход