|
Первым добежал до остатков строя кентавров сын Ареса. Его движения были стремительными и точными. Каждый удар — смертельный. Но что самое интересное — сосредоточие, его лицо вообще не искажалось во время сражения. Вообще. Первый враг — пробил голову новым мечом. Второй враг — вскрыл глотку, благо лежал. Третий опять оказался пробит новым мечом воина, но на этот раз прямиком в грудь… человеческую. И так далее. Иногда цели отнимал Палиас, иногда приходилось вновь сбивать, но по итогу все десять были упокоены, после чего Алкид рванул к шеренге.
Несколькими мгновениями раньше в строй буквально влетел Ификл. Он перехватил свой двуручный топор, взяв в одну руку, развернув тупой стороной к противнику, а сам свободной рукой в последний момент перехватил копьё врага, отбил его в сторону. Ударив плечом щит, он заставил строй, от которого мало что оставалось, распасться, при этом его молот… снёс того, что был рядом. Щит разлетелся в щепки, за ним лицо… выглядело ужасно. Но он сделал главное, что от него требовалось, — создал брешь. И именно туда влетела Ника, которая тут же стала применять свои навыки, а затем и брат тяжеловеса. Палиас постоянно поддерживал их.
В конечном итоге полегли все. Они никого не оставили в живых. И вновь сбор трофеев, и вновь нашлось что-то полезное. Алкид нашел себе меч, а также поножи себе и своему брату. Но не более. И я ещё раз убедился в том, что враг не только растрачивает попусту свои силы, но и усиливает нас, позволяя забирать снаряжение у павших.
— Так, что вам осталось? — осмотрел я воинов. — Вы же без луков будете сражаться? То есть без оружия дальнего боя.
— Не моё, — мотнул головой Алкид. — Сколько ни тренировался при Гере, не получалось. А этот их просто ломает, не под его ручищи.
— Н-да, — покачал я головой. — Ну, тогда ваша стезя — сражаться только на передовой. Командирами вам не стать… или руководить таким же отрядом сорвиголов, какими вы сейчас себя представляете. Вы бы знали, сколько ошибок допустили за эти мгновения…
Я тут же начал перечислять. Все их лишние риски, всю невнимательность, которая могла им стоить как минимум здоровья, если бы рядом не было Палиаса, который прикрывал их из лука, все их лишние движения, хотя у сына Ареса их было меньше. Но в любом случае, даже если они научились сражаться, то ещё должны до конца понять, как делать это правильно.
— Не спорю, я сам часто допускаю ошибки, если бы не магия, моё тело все было бы в шрамах… но лучше услышать здравую критику со стороны соратника, чем сдохнуть от какого-нибудь ржавого меча сатира, — закончил я свой монолог.
— Я думал, что Гера может заставить болеть голову только одними словами… — театрально помассировал виски Алкид. — Но у тебя, командир, вышло лучше.
— Дурак, — усмехнулась Ника. — Давайте без шуток, ведь он прав. Рано или поздно нам всем придётся разделиться. Может, в парах будем действовать, может, пятерками. Но нас становится больше, как и вызовов по всему миру. От линии прорыва мы уже явно отстаём. Тут нам просто везёт. Но там, — показала она рукой в сторону севера, — твари начали появляться более сильные, чем раньше. И вы сами это знаете. И более разнообразные.
— Да, спасибо, — улыбнулся я своей жене. — Рано или поздно придётся отвечать на несколько вызовов. Прошлые поколения полубогов нам дали понять, что это может обернуться смертями. Даже нашими. Мы не бессмертны, мы такие же смертные, с такими же уязвимостями, что и обычные люди.
— Тогда я создам лучшее снаряжение для всех нас, — ударил себя кулаком в грудь Ификл. — Уже есть… познание, или как-то так. Мироздание дало понять, что понимание теории создания предметов стало лучше. Но чтобы раскрыть потенциал, нужно открыть кузню. |