— Позволь мне рассказать тебе одну историю, Ястреб.

Снаружи, в коридоре, оставленный наблюдать охранник прислонился к двери и, прислушиваясь, прижал ухо к щели между дверью и запором. Этьен Коул велел ему постараться узнать, чего этот человек хочет от беспризорника. Этьен не доверял пришельцу, хотя и позволил ему войти в компаунд. Этьен вообще не доверял чужакам, что, по всей вероятности, способствовало безопасности обитателей компаунда. Лучше не верить тому, кого вы не знаете, — охранник слишком часто в этом убеждался. Нельзя ни в чем быть уверенным, когда дело касается чужаков.

Он упорно вслушивался в близкую тишину, но слышал лишь собственное дыхание. Стальная дверь оказалась слишком толстой и глушила все звуки изнутри. Было бы лучше, если бы они оставили дверь приоткрытой. Тогда он мог бы что-нибудь расслышать. Но Этьен никогда не согласится так рисковать. Дверь открыли, чтобы впустить этого человека, и откроют опять, чтобы выпустить его. И больше к ней никто не прикоснется до самого до заката.

Охранник вздрогнул при мысли о том, что произойдет с парнем и девушкой, когда зайдет солнце. Он представил, как в сумерках их выведут на самую высокую стену компаунда и сбросят вниз. Как они будут вопить, падая. Какой омерзительный звук раздастся в тишине, когда они рухнут на бетон у подножия стен. Охранник видел и слышал все это раньше и надеялся, что не ему придется это делать.

Он подождал еще немного и затем раздраженно отступил назад. Пустая трата времени! Охранник прошел несколько ярдов по коридору и уселся на складной стул, дожидаясь окончания визита чужака.

Когда Логан закончил свою историю, парень спросил:

— Ты хочешь сказать мне, что я — не человек?

Логан помедлил.

— Я на самом деле не знаю, кто ты. Ты был рожден женщиной, поэтому я подозреваю, что это делает тебя человеком. Но сначала ты был чем-то иным, творением магии, и она была одарена такого же рода магией. — Он развел руками. — В общем-то, какая разница? Важно то, кем ты собираешься быть теперь.

Парень задумчиво поглядел на него и затем покачал головой.

— Я не верю этому. Я догадываюсь, что ты веришь, иначе бы ты не приехал сюда издалека. Но мне эти кости ничего не говорят.

Логан кивнул.

— Может быть, но я так не думаю.

Ястреб помолчал.

— Разве ты не сказал, что я обязан знать, что делать, когда кости найдут меня? Если я — это… этот…

— Странствующий морф.

— Странствующий морф. Но я не знаю ничего, что не знал бы прежде. Я понятия не имею, что я обязан делать. И кому обязан.

— Но у тебя есть видения, так мне сказала Свеча. Ты видишь сны про мальчика и его друзей. Может быть, это как-то связано.

Ястреб сидел неподвижно, уставясь в пространство, охваченный мыслями, которые невозможно облечь в слова. Пытался собрать их воедино, привести в порядок и не мог. Логан увидел растерянность на его лице, в меняющемся выражении глаз. Он видел худощавого паренька, сидящего в тюремной камере в ожидании смерти, и в его душе взыграла запоздалая злость. Почему этот парень выглядит так, будто не знает, кто он и что обязан делать? Логан рассчитывал, что все выяснится, когда он найдет морфа! Внезапно спохватился, а не забыл ли он о чем-нибудь.

И тут его осенило. Логан собрал кости и протянул Ястребу.

— Возьми их. Если ты морф, они принадлежат тебе. Это кости твоей матери. Может быть, они помогут тебе вспомнить.

Ястреб взглянул на кости, потом на него и покачал головой.

— Я не хочу участвовать в этом. Я хочу, чтобы ты забрал их.

— Если я это сделаю, то что будет с тобой? Они убьют тебя, — Логан не опускал протянутую руку.