Великан поднялся:

– Если они хотят именно смотреть на огромные волны, можно им это обеспечить.

– Возьмите куртки, – сказала девушка.

Под присмотром телохранителя они пересекли холл, достали из шкафа куртки и через секунду вернулись.

– Не отходите от меня, – предупредила Соня.

Алекс взял сестру за руку, и малышка не стала возражать, хотя в обычное время сделала бы это непременно. Она прижалась к брату, то и дело посматривая на него так, будто мальчик мог защитить ее, как будто он был силачом, а не просто-напросто слабым девятилетним ребенком. Наверное, для нее все выглядело именно так. Алекс всегда был заводилой в совместных играх, и Тина привыкла обращаться к нему за помощью. В любой ситуации. Это были удивительно дружные дети, искренне привязанные друг к другу. Девочка явно чувствовала себя в безопасности рядом с братом.

Соня не упустила из виду этот жест и подумала, что, несмотря на веселое расположение духа и игривость, дети на самом деле осознавали всю тяжесть сложившейся ситуации в большей степени, чем показывали это взрослым. Может быть, они это чувствуют, и их настороженность проявляется на примитивном, физическом уровне, являясь результатом сильной тревоги, которую они бессознательно ощущают вокруг себя. Во всяком случае, трудно представить, что в таком возрасте у них достаточно терпения и самообладания, чтобы не показывать взрослым своих настоящих чувств, не заставлять их волноваться еще больше. Нет, конечно нет. Дети, как маленькие зверьки, чувствуют приближение опасности и жмутся друг к другу, но природная беззаботность помогает им преодолевать это чувство. Хорошо, что так, – возможно, весь этот кошмар, если думать о нем как можно реже, в меньшей степени отразится на их дальнейшей жизни.

С юга дул довольно сильный бриз; на земле он казался не таким быстрым, как в небе, где гнал к северу большие облака. Под ветром пальмы издавали мягкий, хрустящий шелест, легкое шипение, но не двигались. Трудно было себе представить, что ураган может достигнуть такой силы, чтобы вырвать деревья с корнем и заставить волны перехлестывать через маленький островок. Соня читала о таких вещах, ужасалась, но не очень верила. Даже теперь, более или менее познакомившись с окрестностями и убедившись в том, что Дистингью и в самом деле очень мал, она не хотела думать о том, что газетные репортажи могут оказаться правдой: островок был настолько прекрасен, что просто не мог оказаться беспомощной жертвой стихии.

Маленькая группа направилась вдоль края ухоженного сада и прошла рядом с тем местом, где накануне лежала без сознания Соня, потом спустилась к посеревшему пляжу.

– Смотрите! – воскликнул Алекс, показывая пальцем на разгулявшиеся волны.

В точности как он и говорил, они были огромными, восемь или девять футов в высоту, накатывали на пляж с чудовищной, жестокой силой. Дикая картина просто завораживала, заставляла забыть обо всем. Море совсем не походило на ту ласковую синюю колыбель, которой Соня любовалась в день приезда; это было самое настоящее чудовище, неуправляемая сила, с которой человеку не справиться никакими средствами.

– Там корабль! – воскликнул мальчик.

– Где? – спросила Тина.

Он показал.

Соня взглядом проследила направление, которое указывала протянутая рука мальчика, и далеко-далеко на бушующих просторах моря увидела длинный танкер, переваливающийся вместе с волнами то вверх, то вниз, как живое существо, не привыкшее к буре и ищущее спасения.