И мы набросились на кофейные пирожные. А потом изо всех сил старались устроить такое же бурное веселье, что и в нашу первую поездку в Замок Роз. Но в общем, просто вспоминали, что мы делали и говорили в тот раз. Это было смешно. Мы хохотали до упаду.

И вдруг замолчали. Каролина посмотрела на меня так, будто просила прощения.

– Не стоит пытаться вернуть счастливые минуты, – сказала она тихо.

– Конечно. Нам и без того будет хорошо, – ответила я.

Она уставилась в окно, и мы долго сидели молча. Не глядя друг на друга. Но наше молчание не было тягостным – напротив, оно успокаивало. Быть близкими – это не значит все время шутить и смеяться. Мы обе чувствовали, что для доверия нам не нужны слова. От этого мне стало легче, и я прервала молчание первой:

– Не хочешь рассказать, как там сейчас в замке?

Она помедлила и сказала, подбирая слова:

– Есть вещи, которых я не понимаю. Там все как будто замерло и чего-то ждет. А чего – никто знает. Ничего не происходит. Но при этом такое чувство, что может произойти что угодно. Когда угодно. Нет, не могу объяснить… Сама увидишь, когда приедем.

– А как Париж?

Ну, тут было море впечатлений. У Арильда и Розильды тоже, ведь они практически никогда не покидали замка. В Париже они были на верху блаженства.

– К тому же они встретились со своим отцом…

Каролина осеклась и тяжело вздохнула.

– Я понимаю, что они чувствовали… В каком-то смысле я тоже была на их месте… Когда приехала к вам и увидела папу через столько лет. Только я не могла открыться… Папа ведь ничего не должен знать, правда?

Я не ответила, и Каролина погрузилась в свои мысли. А я почему-то вспомнила тот страшный сон, о котором она мне писала. Я не проронила ни слова, но Каролина вдруг побледнела и, глядя на меня широко раскрытыми глазами, сказала, словно прочла мои мысли:

– Молчи! Я не хочу об этом говорить.

– О своем сне?

– Да. Сны бывают слишком ужасными…

– Может, этот кошмар больше не повторится, – попыталась я успокоить ее.

Она посмотрела на меня невидящим взглядом.

– Повторится. Я точно знаю. Он будет преследовать меня всю жизнь.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Первое, что мы услышали, подъезжая по липовой аллее к Замку Роз, был бой часов, доносившийся с башен-близнецов, – заунывный звон, который всегда напоминал мне о поминальной службе.

Мы вышли из экипажа, и когда я увидела замок, темный и мрачный, громадой вырастающий передо мной, меня вновь охватило знакомое чувство нереальности.

DIRIGIT ASTRA DEUS

Звезды правят миром,

Но над звездами – Бог.

В большом камине горел огонь, но комната все равно оставалась холодной. Я замерзла. Жуткий холод стоял и в коридорах, хотя был уже конец марта и весна давно вступила в свои права. Но здесь, в стенах замка, зимняя стужа не собиралась сдаваться еще несколько месяцев.

Первый вечер в замке я почти не помню. Я устала. Слишком долгим оказался этот день, который начался с пожара в моем городе и закончился холодной комнатой в Замке Роз.

Помню как сквозь туман, что в дверях промелькнула Амалия, поздоровалась со мной. Но Арильда и Розильды дома не было. Они были в гостях у Софии Фальк аф Стеншерна, и в замке их ждали только к утру.

Понятия не имею, почему исчезла Каролина, но смутно помню, что она приходила ко мне ночью, сидела на краешке кровати. Ее снова напугал какой-то сон, она взяла мою руку и крепко сжала.

Даже не знаю, как описать ту неделю в Замке Роз. Произошло так много всего, что сложно рассказать все по порядку.