И вдруг ее взгляд упал на сидящую рядом девочку.

Малышка подняла голову и посмотрела Кларе в глаза.

Пульс следовательницы мгновенно ускорился, сердце заколотилось в груди.

Последние дни она столько наблюдала за этой девочкой, что практически сроднилась с ней.

* * *

УГОЛОВНАЯ ПОЛИЦИЯ — 2019

ПОХИЩЕНИЕ И УДЕРЖАНИЕ РЕБЕНКА (КИММИ ДИОРЕ)

Тема: протокол допроса Элизы Фавар.

Составлен 18 ноября 2019 года Кларой Руссель, офицером Парижской уголовной полиции, и Седриком Берже, капитаном Парижской уголовной полиции.

Факты

Элиза Фавар явилась 18 ноября 2019 года в отделение уголовной полиции в сопровождении ребенка — Кимми Диоре, похищенной 10 ноября 2019 года. Не дожидаясь допроса, она призналась офицеру полиции Кларе Руссель, что похитила и удерживала Кимми Диоре. Ребенок провел у нее дома последние семь дней.

Установление личности

Меня зовут Элиза Ирен Фавар.

Я родилась 10 сентября 1985 года в Сюрене.

Я проживаю в г. Париже, в Десятом округе, по адресу ул. Лафайет, д. 209.

Разведена, мать шестилетнего мальчика, 2005 года рождения.

По профессии я медицинский регистратор, однако уже год не работаю.

(Фрагменты)

Вместе с Норбером С. мы поселились в жилом комплексе «Синяя рыба», как только поженились. Мой супруг работал в охранной фирме и занимался наймом и управлением персонала. Я познакомилась с Мелани Кло, когда Илиану, моему сыну, было несколько месяцев. Мы родили в одну неделю, и я часто встречала ее с коляской или слингом. У нее это был уже второй ребенок, Мелани отлично знала город и советовала, к какому педиатру обратиться, в какие ясли записаться… После рождения Илиана я вышла на работу на полставки в качестве секретаря в один из медико-психологических центров в Антони. Мы с Мелани подружились, часто ходили вместе в парк или встречались в городе, чтобы пройтись по магазинам. Она всегда была очень мила. Иногда она казалась мне немного грустной, однако я думала, что она просто скучает, потому что не работает. Малышка Кимми с первого дня отлично поладила с моим сыном. Ей нравилось играть с машинками, автотреками и солдатиками. В ней всегда были черты пацанки, и Мелани это не нравилось. Несколько месяцев подряд мы часто виделись, иногда я сидела с ее детьми, когда Мелани была занята. Илиан обожал ходить к ним в гости. […]

В две тысячи пятнадцатом году от меня ушел муж. Он переехал в Марсель, следуя за карьерными амбициями. Думаю, он раньше меня понял, что у Илиана проблемы. Примерно в то же время Мелани с Кимми начали вести канал на «Ютьюбе». Сама Мелани об этом не распространялась, я узнала от соседей, когда дела пошли в гору. В жилом комплексе все только об этом и говорили. В то время я особо не пользовалась интернетом, и все, что там происходило, меня мало интересовало. Мелани отдавала все больше и больше времени съемкам и монтажу, иногда просила посидеть с детьми, поскольку должна была ходить на встречи с рекламными агентствами и фирмами в Париже, а мне было нетрудно. Малышка рано начала разговаривать, росла очень энергичной. Кимми и Илиан одного возраста, и я понимала, что они развиваются неодинаково. Поначалу я не волновалась, поскольку в центр, где я работала, приходило много детей, и все они были разные. Я работала три дня в неделю, в это время моя мама сидела с Илианом. В конце концов я обратилась к детскому психиатру в центре, чтобы она осмотрела сына. Ему было два с половиной года. Она деликатно объяснила, что Илиан значительно отстает в развитии, что надо провести еще несколько тестов. «Ребенок-инвалид» — к этому термину мне пришлось привыкнуть. Я рассказала обо всем Мелани, она мне посочувствовала, постаралась поднять настроение, сказала не терять надежды.