Директор школы принял эти документы, стиснув зубы. Его школа, новенькая, с иголочки, тоже переживала не самые лучшие дни. Первая ревизионная комиссия пришла именно сюда – по жалобе о дискриминации учеников по расам. Причём, как ни крути, директор сам оказался виноват. Он всё таки составил служебную записку о том, что эльфы и вампиры в приюте Тёплая Нора воспитываются на одном уровне с оборотнями и обычными людьми. Первое, что сделала ревизионная комиссия, это подняла школьные документы с оценками за первый семестр учебного года.

После изучения школьной документации комиссия не нашла ничего из того, что директор Билимби инкриминировал Тёплой Норе и её руководителю – леди Селене. Её воспитанники, эльфы и вампиры, судя по оценкам, показывали высочайший уровень обучения! В сравнении с уровнем тех же, например, воспитанников оборотней. Вот когда директору, наверное, пришлось рвать на голове волосы, вспоминая Анитру, влетевшую к нему в кабинет с требованием справедливости по отношению к оборотням. Заниженные оценки детей оборотней сыграли на руку Селене.

Колин вздохнул.

– Колин, пойдём! – позвал Мирт. – Начинаем операцию!

Первым делом ребята из Тёплой Норы решили устроить положение дел для Ринд. Одновременно они должны были узнать, почему её учитель математики ненавидит оборотней, а из узнанного – уже определить отношение к нему и думать, что делать дальше, если операция не поможет.

До звонка оставались минуты. Ребята отследили, когда учитель математики открыл кабинет для уже пришедших учеников оборотней и вошёл сам. Хихикающая Ринд всё никак не могла успокоиться, то и дело прыская в ладошки, а мальчишки уговаривали её успокоиться, потому что иначе никто не поверит. И так уж все дети оборотни, кто спешил в этот кабинет, странно поглядывали на их необычную компанию. Наконец Хельми не выдержал и, сам посмеиваясь, положил руки на её голову. Ринд успокоилась и теперь только улыбалась, представляя себе то, что должно произойти через несколько секунд. Мирт выпрямился и торжественно спросил её:

– Ты готова?

– Ага, – и снова прикусила губу, чтобы не улыбаться слишком широко.

– Тогда идём.

Ринд глубоко вздохнула, вытерла слёзы, выступившие от смеха, и перешагнула через порог в кабинет. Мирт так же торжественно вошёл следом, вежливо кивнул оторопевшему учителю и серьёзно сказал ему:

– Здравствуйте, уважаемый Диглан!

После чего проследовал за Ринд к её парте, держа её школьную котомку и приветливо кивая по сторонам удивлённым ребятам оборотням, таращившимся на него с нескрываемым изумлением. Остановившись у стола, за который села девочка оборотень, он положил эту котомку на столешницу и слегка склонился к Ринд.

– Тебе здесь правда удобно, Ринд? – с выразительным беспокойством спросил он. – Ты ведь сидишь у стены – тебе не темно? Не приходится щуриться, чтобы читать учебник и писать в тетрадке? Мне бы не хотелось, чтобы твои глаза уставали от тусклого света!

Замерев, класс оборотней с открытыми ртами вслушивался в заботливые слова подростка эльфа, которые предназначались девочке оборотню!

А Мирт, суперсерьёзный и даже важный, снова выпрямился и обернулся к ошеломлённому учителю математики.

– Я так рад, что этот кабинет очень удобен для обучения! Наша подруга Ринд много рассказывала о своей жизни в этом классе, и сегодня я решил удостовериться, что ей и в самом деле комфортно учиться здесь. Это прекрасно, что во время ваших уроков всегда присутствует благожелательная атмосфера. И, я думаю, что эта атмосфера – всегда заслуга учителя, проводящего уроки. Я благодарен вам за знания нашей Ринд.