Через пару минут я добрался до штабной палатки и с ходу зашёл внутрь. Внутри был Хроненко, что читал какие-то бумаги. Но как появился я, то он сразу переключил внимание на меня.

— Что-то случилось? — Спросил я стряхивая со своих плеч снег.

— Поступили более или менее точные данные о количестве солдат противника в этом регионе, — ответил Хроненко.

— О? Ну и что там говорит разведка?

— Сообщает о семистах пятидесяти тысячах штыков с кучей наземной техники и авиацией. Имеются у них и маги в большом количестве, но в основном слабосилки — всего два клана знати османов отправились сюда воевать с нами.

— Мда… Теперь видно, что султан воспринял угрозу идущую от нас всерьёз.

Казалось, что после Бухареста можно смело заходить на территорию бывшей Венгрии, которая превратилась в крайне зловонную помойную яму, а дальше только София и мы у самого Стамбула. Причём всё вроде играло нам на руку.

Это только могло показаться, что румынам не повезло оказаться третьесортным народом в Османской империи. Куда меньше повезло венграм — их практически превратили в рабов, даже к скоту относились и то лучше. Но этакое первенство по невезучести получили болгары.

Когда их много веков назад захватили турки, то болгары не успокоились и начали активно так партизанить. Тридцать с лишним лет они хорошо так портили османам жизнь. И этим выписали себе смертный приговор: население вырезали на корню, Болгарию стёрли с лица земли, а её земли отошли Венгрии, которой, впрочем, от такого приобретения ни холодно, ни жарко. Статус рабского народа и всё такое, ага.

Именно поэтому говоря о взятии Софии я как-то не упоминал Болгарию и болгаров.

Так вот, я к чему веду. Если уж румыны так расхрабрились и решили пойти против турков, то венграм сам бог послал причину устроить массовые бунты и начать партизанить в ожидании прихода русских. Для них это было идеальной возможностью перестать жить в роли скота и обрести свободу в составе Российской Империи. А мы практически с наскока выбили бы османов из Европы.

И тем не менее мы встали на границе Венгрии. Слишком уж разогнались, начались типичные для подобной ситуации проблемы с логистикой. Ещё и армия западного фронта отстала от нас из-за того, что была вынуждена заняться проблемами Бухареста. Одного моего войска для такого дела всё же было маловато.

Но появилась и ещё одна проблема. То ли османы очень уж быстро сменили тактику, то ли они заранее готовили нам неприятный сюрприз. Стоило подойти к Венгрии и мы обнаружили, что в этом регионе полным полно войск противника. И они засели буквально в каждом городе и посёлке, начав там окапываться. Выставлять перед собой гражданских и тем более вооружать их не стали, но эвакуироваться никому не дали.

На лицо попытка задержать нас в Бухаресте, чтобы войска смогли как следует закрепиться в населённых пунктах. Но мы быстро решили проблему и теперь у османов не будет достаточного количества времени на возведение укреплений. Но вот на кавказском фронте… Там нашим будет туго, они пока ещё разбирались с осаждёнными городами.

— Хотя бы можно констатировать, что мы возвращаемся к реалиям нормальной большой войны, — вздохнув сказал Хроненко. — Правда, без армии западного фронта мы ничего сделать не сможем. Это уже при общем наступлении мы сможем выбрать направление для удара и сразиться с ограниченным количеством солдат противника, а не со всей этой ордой.

— Только вот пока мы ждём они закрепляются в этом регионе, причём очень уж шустро. Замучаемся выковыривать их.

— Будем наводить шорох артиллерийскими ударами. Пальнули пару раз по их позициям и отошли, чтобы не нарваться на ответный удар.