Тут же по ушам ударил грохот тяжёлых пушек нашего транспорта. Но я уже входил в режим «терминатора». Навесил на себя кучу усиливающих заклинаний и сверху ещё поставил защитный барьер. И побежал к зданию штаба, по которому мои бойцы уже перестали стрелять, перенеся огонь на остальные знания откуда по ним до этого стреляли из огнестрельного оружия.

За пять метров до входа прыгаю и влетаю в разбитое окно второго этажа. Попал я прямиком в чей-то кабинет, его хозяин умер прямо за письменным столом будучи нашпигованным свинцом. А жаль, судя по погонам он целый полковник, должен был многое знает. Ладно, раз не повезло сразу, то продолжаем веселье.

Бегу дальше и выбиваю плечом дверь, которая и так висела на честном слове — крупнокалиберные пули и её нехило потрепали. В коридоре царил хаос: на полу валялись убитые и раненые, куча мусора, в стенах куча дыр и местами они обвалились. Уверен, что погибших по всему штабу противника более чем достаточно. Так что свою первую задачу мы выполнили успешно: командный состав турков резко сократился, а заодно больше некому будет руководить попытками прорыва осады. Осталось лишь взять одного или даже двух языков.

Были в коридоре и те, кто избежал ранений. Видать, когда стрельба по штабу прекратилась, то они решили помочь раненым и занять позиции для обороны. А тут я, такой красавец вышибаю дверь держа в правой руке пистолет. Вот по мне сразу и открыли огонь те, кто был вооружён.

Стрельба продолжалась ровно две секунды, прежде чем магией я избавился от них. Бегу по коридору и пытаюсь на ходу анализировать обстановку заодно изредка стреляя в появляющихся на моём пути турков. Что-то сплошь обычные солдаты попадаются, где все офицеры? Или же мы так удачно обстреляли штаб, что они все померли? Это было бы конечно тем ещё анекдотом.

Но вот я пробегаю мимо очередной приоткрытой двери и мой усиленный слух вычленяет ценную фразу на турецком:

— Мы должны бежать, нам нельзя попасть в руки русских…

Резко останавливаюсь, открываю дверь пинком и вижу сразу двух офицеров. Один очень уж молод, может всего на пару лет старше меня, но у него уже погоны майора. А вот второй постарше и он подполковник. Думаю, эта парочка сойдёт за нужных мне языков.

Молодой растерялся, когда я к ним заявился, а вот его старший товарищ выпустил в мою сторону какое-то огненное заклинание. Впрочем, я даже внимания на него не обратил, с ним справился мой защитный барьер. Перепрыгиваю через большой письменный стол и хуком слева вырубаю пацана. Подполковник понимает, что просто так меня не одолеть, а потому выхватывает из ножен свой нож и пытается попасть им мне в горло. Но тут уже вступают в дело отточенные на тренировках с Геннадием рефлексы: перехватываю руку с ножом, вышибаю оружие и затем бью ребром ладони уже по шее турка. Тот хватается за это самое горло и безуспешно хватает ртом воздух. А я провожу ещё один удар и вояка падает на пол рядом со своим товарищем.

Так, пора валить взяв этих ребят с собою. Только вот обратно мне ходу нет, уже слышу топот кучи людей и крики на турецком. Поэтому я «прессом» выбиваю чудом уцелевшее укреплённое железным листом окно, кладу вояк себе на плечи и вместе с ними выпрыгиваю наружу.

Мои ребята замечают меня и тут же по штабу открывают огонь два БМП отрезая от меня потенциальное преследование. Быстрая пробежка до БМП, где меня уже встречают. Сгружаю бойцам вояк и залезаю внутрь.

— Всё, уходим!

Бронетранспортёры, продолжая стрельбу, начали движение. Разворот и вот мы уходим тем же путём, что и приехали. Правда, на сей раз мы встречаем куда больше солдат противника. Устроенную нами стрельбу вообще было сложно не заметить, вот к нам и начали стягиваться силы турков.

Только вот остановит нас никто так и не смог. Более того, когда мы уже подъезжали к безлюдным окраинам позади послышался прилёт нескольких снарядов артиллерии.