Включая Хоупа. В течение трех минут он стоял на скале, глядя на раскинувшуюся перед ним панораму. Он в должной мере оценил превосходный пейзаж этих мест: да и сам по себе вечер был прекрасен. Одинокие маленькие лодочки на зеркальной поверхности озера, живописные облака в синем небе, отражение которых плыло по зеркалу вод, легкий бриз, неспешно прогуливающиеся люди, признаки цивилизованной деятельности на острове Поклингтон, — путешественник по Озерному краю о большем и мечтать не мог. Но на этом курорте Хоупа привлекали только люди. Конечно, доведись ему описывать местные красоты, он бы нашел красивые эпитеты, дабы выразить собственный восторг. Но на самом деле впечатлили его лишь водные пространства, да и то с практической точки зрения: он бы не отказался от хорошей рыбалки.

— Уж поверьте, Баркетт станет отличным компаньоном для рыбной ловли. — Джордж Вуд говорил медленно, с расстановкой. Был он уже изрядно пьян и в том благожелательном настроении, которое располагает к неспешной беседе. — Уж Баркетт-то умеет ловить рыбу на крючок.

Полковник мог бы поклясться, что бельмо хозяина гостиницы азартно поблескивает, как и его здоровый глаз. Глядя на него, Хоуп усилием воли заставлял себя унять содрогание.

— Я найму его.

— Я ему свистну утром. Он приглядывает за воротами на Хай-Хилл, где берут плату за проезд. Но Мартин и сам спра вится. Мартин — это его сын. Позвольте, сэр.

И он плеснул непомерно большую порцию портвейна в гигантский стакан гостя.

— Кто у нас тут проживает в окрестностях Кесвика? Что за общество?

— Ну, уж коли говорить о людях вашего круга, сэр, то не так уж и много. Вот, к примеру, капитан Спенс, он живет в Пигми-Холле и мистер Слэк в Дервент-Холле, мистер Поклингтон из Барроу-Каскад, полковник Пичи на острове Викер, мистер Колридж — поэт, пишет для «Морнинг пост», а еще Кроствейт с его знаменитым музеем — такие персоны вас устроят, сэр?

— Не вполне. Не совсем, мистер Вуд. Не в должной мере. Мои комплименты миссис Вуд.

Вот уж кого, а человека из «Морнинг пост» ему надо избегать.

— Почтет за честь, сэр. Ну что ж, Джордж Вуд, теперь выпей и ты. А еще есть леди Гордон, живет неподалеку от Дервентского залива, леди Уильям Гордон и сэр Фредерик Трис Морсхэд в Дервентской резиденции…

— Нет, нет, я так не думаю.

К чему ему супружеская чета? К тому же, как видно, не слишком-то они состоятельны.

— О… понимаю. Чуток познатней, вы ведь именно это имеете в виду? Они должны быть как можно знатней… т-ш-ш-ш… ни слова. Породовитей и чтоб жили неподалеку от города. Конечно, с тех пор, как погибли все Дервентуотеры… — Вуд замолчал, припоминая трагическую историю одной католической семьи, получившей свою фамилию от названия озера. — Казнены, отец и сын, после пятнадцатого и сорок пятого. Останавливались здесь, в «Голове королевы», младший граф, по общим отзывам, был в особенности прекрасным джентльменом.

Верность всегда ценилась высоко, и потому Вуд с новой энергией принялся припоминать:

— Ну, еще есть граф Карлайл там, в Ноуворте, Грэмы в Незерби, Пеннингтоны в Мункастер-Холле, всегда здесь жили, и еще граф Танет в Эпплеби, граф Дерби чуть дальше, в Витерслеке, Флеминги в Ридале и Конистоне, Стрикленды в Сайзере и Лонсдейлы, конечно же в Лоутере, жили здесь еще до правления короля Вильгельма Завоевателя, они были великой силой в стране.