Через несколько мгновений они проносятся мимо. Из окон гремит рок. Это молодые люди, парень на заднем сиденье высовывает голову в окно и кричит что-то нам вслед. Они едут на большой скорости, я ощущаю удар ветра, и орущая музыка удаляется.

Я съезжаю на обочину и останавливаюсь. Где-то впереди мелькает уменьшающийся скутер Майи. Я не двигаюсь с места. Ехать за ней слишком рискованно. Если я продолжу преследование, она умчится в ночь.

Через минуту я разворачиваюсь и еду обратно в гостиницу.

Я сажусь за столик, не включая свет. В голове шумит. Тело никак не может успокоиться после гонки. Я не знаю, поехала ли она в горы, и пытаюсь убедить себя, что ей не могло прийти такое в голову. Хоть она и пьяна, но знает, как это опасно. К тому же сейчас холодно. Она замерзнет и вернется в гостиницу.

Я цежу виски маленькими глотками, сижу и жду в беззвучном полумраке. Гостиница всегда затихает после полуночи, когда семьи с детьми ложатся спать. Только аппарат очистки воды жужжит в бассейне. Цикады пронзительно трещат в траве и кустах вокруг. В остальном полная тишина. Только аппарат, цикады и шипящее бормотание камешков, перекатываемых прибоем.

Пульсирующие толчки в запястье. Я промыл рану с мылом и заклеил порез пластырем. Рана глубокая, кровь все еще идет. Может, стоит зашить. Сейчас мне все равно. У меня нет желания что-то предпринимать. Я делаю еще несколько глотков виски. От добавления льда «Гленморанджи» стал прохладным и приятным, я беру кубик в рот и перекатываю, пока не перестаю чувствовать язык.

Она рассказала о маме. Как та всегда подталкивала ее в этом направлении. Мама выросла в Нью-Дели. У ее родителей была небольшая фирма, они не особенно нуждались, но денег на то, чтобы послать дочерей в престижную школу, не говоря уже об университете, не было. Тем самым дорога в лучшее будущее была для них закрыта.

Однажды мама Майи встретила молодого датчанина, путешествовавшего по Азии c рюкзаком за плечами. Он влюбился в нее и, вернувшись в Данию, выслал деньги на билет до Копенгагена. Полгода спустя она переехала к нему. Он не был сыном состоятельных родителей, недавно пошел учиться на полицейского, и ему едва хватало средств на то, чтобы содержать их обоих. Они поженились, чтобы маме Майи дали вид на жительство и она могла получить университетское образование. В итоге она сделала карьеру, став менеджером по работе с персоналом в крупной консалтинговой компании. Каждый месяц она отсылала деньги семье в Индию, купила родителям дом и оплатила образование двух сестер. Все детство мать требовала от Майи, чтобы та росла старательной. Важно не стоять на месте, продолжать двигаться вперед. Каждое поколение обязано подняться на ступеньку выше, обеспечить себе надежное существование, обзавестись семьей, домом, имуществом. Ничего нет важнее этого. Человек должен владеть чем-то, обеспечивающим ему безбедную жизнь.

Я сбегал за выпивкой. Юлия и Николо сидели молча. Я поставил стаканчики под их скамейку. Они этого даже не заметили. Мы решили оставить их в покое и пока что выпить. Я спросил, не принести ли мне еще, но она покачала головой.

– Я и так пьяна, – сказала Майя.

Потом поднялась и взяла меня за руку.

– Потанцуешь со мной?

Она повела меня на танцпол. Я шел за ней. Я бы пошел за ней куда угодно. И дело было не том, что я был пьян, не в ее лице и фигуре, завораживавших меня, и не в историях, которые она рассказывала. Я переживал нечто большее, чем простая влюбленность. Это был священный трепет. Я никогда прежде не встречал человека, похожего на нее. При этом я понимал, что она – та девушка, которую я всегда надеялся встретить.