– Пожалуйста, позвольте открыть дверь, – вежливо попросила я.

Незнакомец оглянулся, рыгнул, потом сдернул с моего плеча сумку и захохотал.

– Немедленно отдайте, – потребовала я и попыталась отнять ридикюль.

– Давай, прыгай, – обрадовался пьяница, – раз, два, три, собачка, лови.

Я сунула руки в карман курточки, нащупала мобильный и пообещала:

– Сейчас вызову полицию.

– Ах ты… – донеслось из палисадника, и к парадному подбежала полная женщина. – Девушка, простите. Павел не злой, не алкоголик, он раз в год только нажирается, в годовщину смерти родителей.

Я вынула руку из кармана.

– Простите, я приняла его за хулигана.

– Десять лет прошло, как свекор со свекровью скончались, – объяснила незнакомка, – а мужа в этот день просто бес крутит. И как он здесь оказался? Меня Валя зовут. Мы в первом доме живем, через дорогу. Привезла Пашу с кладбища в лоскуты обожратого. Ну никак он не хотел от могилы отойти, сидел и пил, пил, пил. Только когда стемнело, с места сдвинулся. Приехали домой, надо же машину на охраняемую стоянку загнать. Обычно мы сначала туда заезжаем, потом пешком к себе идем. Недалеко совсем, пару минут. Но сегодня-то как мужику идти? Оставила его у нашего подъезда, домой не подняла, еще насвинячит сдуру, отогнала тачку, возвращаюсь, нет дорогого-любимого. А он вон куда притопал! Отдай чужую сумку!

Тетушка вцепилась в мой ридикюль и дернула его, Павел разжал руки, его жена свалилась на тротуар, я бросилась ее поднимать. Дело оказалось непростым. Валентина весила раза в два больше, чем я. В конце концов я тоже шлепнулась на асфальт. Потребовалось некоторое время, чтобы мы обе встали на ноги.

– Девушка, простите, – затараторила супруга пьяного, – вот ваша торбочка, сейчас уведу своего…

Валя повернулась лицом к подъезду.

– А где Паша?

Я посмотрела в том же направлении.

– Только что у двери стоял.

– Удрал, пока мы на земле валялись, – испугалась Валя, – сейчас натворит делов! Знаю, куда он направился.

Она помчалась в глубь нашего двора и исчезла из вида. А я поднялась в квартиру и решила выгулять перед сном собак. Мопсихи с самым радостным видом выбежали во двор. Я прислонилась к стене. На спину неожиданно навалилась свинцовая усталость, глаза закрывались, и вдруг раздался лай. Я зевнула, увидела, что Фира стоит около входа в дом, лапой пытается переместить какой-то небольшой предмет на тротуаре и, похоже, зовет меня на помощь.

– Хватит безобразничать, – велела я, – живо писай!

Фируша не сдвинулась с места, продолжала надрываться.

Я приблизилась к мопсихе и увидела, что она стоит около телефона, похоже, кто-то его потерял. Но уже через мгновение я поняла, что сотовый мой. Макс постоянно мне говорит: «Не клади мобильный в карман, потеряешь, у тебя же есть при себе сумка». Я киваю, но привычку не меняю. И до сегодняшнего дня ничего плохого не случалось. А сейчас телефон обнаружился неподалеку от двери в подъезд. Наверное, когда я, помогая Валентине встать на ноги, упала, трубка вывалилась. Фира продолжала молча смотреть на меня. И почему люди считают, что собаки глупые, живут инстинктами, у них нет ни ума, ни чувств? Это же неправда. Животные радуются, печалятся, они способны на любовь и порой нас удивляют. Вот сейчас Фируша обнаружила мою потерю и гавкала до тех пор, пока я не подошла, она меня определенно звала.

Муся приблизилась к сестре и тявкнула.

– Намек поняла, – засмеялась я, подобрала трубку и сказала: – Пошли, девочки, домой, угощу вас сухариками.

Мопсихи помчались в подъезд, повизгивая от восторга.