— Притормозите здесь, — приказал Майк, когда они доехали до коровников. — Я заскочу предупредить отца и тут же вернусь.

Тарин напряглась. Отца? Патрика О'Мелли. Человека, который люто ненавидит Конвеев. Очень мило!

— Я не хотела бы застревать здесь. Уже темнеет, — холодно произнесла она.

— Именно поэтому я прошу о небольшой задержке. Я сообщу отцу, что у меня все в порядке, и провожу вас обратно на своей машине. Хочу лично удостовериться, что с вами ничего не случится по дороге.

— Не глупите. Это лишнее. — Тарин остановилась и, прищурившись, взглянула на соседа. — Если, конечно, вы не желаете проверить, насколько интересно провести со мной вечер. Или ночь.

Этот человек намерен собрать как можно больше камней, чтобы швырять их в огород Конвеев, подумала она.

Майк разразился смехом. Скорее ироничным чем веселым.

— Что ж, мисс Конвей, коль вы предпочитаете ночные развлечения, будьте моей гостьей. — В его голосе было столько льда, что хватило бы на всю Антарктиду. — У вас вошло в привычку соблазнять всех подряд? Тогда вперед, удачной охоты!

Майк выбрался наружу, предоставив Тарин злиться на собственную глупость. Ей хотелось закричать ему вслед. Не стоит. Все равно Майк уже составил о ней окончательное мнение.

— Майкл! — Тишину нарушил незнакомый голос.

Со стороны двора шел к ним высокий мужчина, широкоплечий, с узкими бедрами, с копной соломенных волос. Жесткое лицо хранило следы тяжелых переживаний. Тарин подозревала, что у Патрика О'Мелли такие же яркие аквамариновые глаза, как и у Майка, но в сгустившихся сумерках ей не удалось рассмотреть их.

— Ты вернулся? А где же Цезарь?

— Привет, папа. Боюсь, Цезарь бросил меня на произвол судьбы во время грозы.

— Нет! Не может быть! — Голос Патрика плетью хлестнул по сыну. — Только не она!

Патрик смотрел в сторону «лендкрузера». Его взгляд уперся в Тарин. Мужчина подошел еще на несколько шагов ближе. Лицо его выражало ярость и недоверие. Тарин заерзала на месте, сердце колотилось в диком ритме.

Неужели старший О'Мелли ненавидит Конвеев до такой степени? Она облизнула пересохшие губы. Но как отец Майка узнал ее? Они же никогда не встречались! Патрик О'Мелли наотрез отказался знакомиться с семейством Конвеев.

— Кристалл! — крикнул, словно выплюнул старший О'Мелли. Его глаза вспыхнули на коричневом загорелом лице. — Проклятье! Ты, исчадие ада, как ты посмела… — Он вдруг резко замолчал и прикрыл рот ладонью, видно, поняв, что совершил чудовищную ошибку. И обернулся к сыну: — Прости, Майк. На мгновенье мне показалось… — Патрик О'Мелли пожал плечами. — Я ошибся. Сумерки сыграли со мной злую шутку. Мне жаль, правда. Я знаю, Кристалл больше не появится в нашем доме.

Тарин перевела дух. Кто такая Кристалл?

Глава четвертая

— Не волнуйся, папа. — Профиль сына в мягких сумерках казался вытесанным из камня. — Да, она в самом деле слегка напоминает…

Тарин передернуло от безразличных интонаций в голосе Майка. Напоминает? Очевидно, она похожа на загадочную Кристалл, которую не желают здесь видеть. Девушка сглотнула, вспомнив слова Майка О'Мелли в сосновом лесу: «Я встретил сказочную красавицу с волосами цвета воронова крыла…»

Наверное, у таинственной Кристалл такие же черные волосы и темные глаза. Удивительно, что Майка непреодолимо тянет к жгучим кареглазым брюнеткам. Обычно мужчинам больше нравятся блондинки с голубыми глазами.

Тарин припомнила, как быстро ее красота утратила для него всякую привлекательность.