— Аккуратнее нужно по ночам бегать.

— Аккуратнее стрелять надо было. Попал бы, кто б тебе портфельчик отдал?

— Я и так аккуратно стрелял. Тебя даже не царапнуло.

— Это все благодаря тому, что я отлично бегаю.

Спустившись в метро, мы вошли в полупустой вагон. Я села. Роман, не вынимая руки из кармана, встал напротив меня.

— Сергей почему не приехал? — подняв голову, спросила я.

— А почему он, собственно, должен приехать?

— Как это — почему? Он к этому делу имеет непосредственное отношение…

— Некогда ему. У него суеты выше крыши. Он утром ментов вызвал. Сказал, что ночью жена ушла на реку купаться и не вернулась. В общем, понагнали водолазов: тело ищут.

— Ну и что, нашли? — прищурилась я.

— Нет пока.

— А что там искать? Он ее недалеко от берега утопил, — язвительно произнесла я. — Я ведь все видела.

— Видела вот и заткнись, а то без глаз останешься.

— Так что же дальше?

— Менты говорят: может, она купаться-то не ходила? Но Сергей на своем стоит: купальник надела, полотенце взяла, попрощалась и ушла.

— Может течением унесло?

— Там течение слабое. Тело обязательно найдут. Можешь не сомневаться.

Приехав на Павелецкий вокзал, мы подошли к автоматическим камерам хранения. Отыскав нужную ячейку, я посмотрела на Романа и, стараясь придать голосу твердость, произнесла:

— Мне нужны гарантии!

— Какие? — удивился он.

— Я хочу быть уверенной в том, что ты навсегда уберешься из моей жизни, экономист хренов!

— Сейчас я тебе такие гарантии дам, — усмехнулся Роман, ткнув пистолетом в бок. — Давай, не тяни резину. Еще полслова — и я стреляю без предупреждения. Ты меня уже достала!

Смахнув слезы, я набрала код. Ячейка не открылась.

— Ты что здесь дурочку разыгрываешь? — разозлился Роман.

— Кажется, я забыла порядок цифр. Понимаешь, с памятью у меня плоховато. Слишком много времени прошло, а бумажка, на которой я цифры записывала, потерялась…

— Ну ты и тетеха! Может, ты в этот код что-то личное заложила? — забеспокоился Роман. — Ну, например, многие дату рождения накручивают…

— Нет. Я так никогда не делала. Я произвольно цифры набирала. Представляешь, что будет, если я их не вспомню! Придется писать заявление на имя начальника камеры хранения. Он попросит описать вещи, лежащие в ячейке… Ты только подумай, что будет, если я сообщу, что там лежит портфельчик с пятьюдесятью тысячами долларов! Да сюда сразу ментов позовут. Это же не банк, а вокзал. Здесь деньги и ценности не хранят. Конечно, ячейку можно открыть и без начальника, но для этого понадобится автоген. Но мы же не можем прийти сюда с автогеном….

— Заткнись и открой кабинку, — прошептал Роман, поднимая пистолет.

Как назло, в зале никого не было. Зажмурив глаза, я приготовилась к самому худшему. Раздался глухой щелчок. Пролетев в двух миллиметрах от моей щеки, пуля, как картонку, пробила металлическую дверь.

— Ну, сука, теперь пощады не жди. — Схватив меня за волосы, Роман приставил дуло к исцарапанному лбу.

— Пусти, пожалуйста, пусти, — как во сне, произнесла я.

— Считаю до трех. Либо ты вспоминаешь код, либо я стреляю. Раз… два…

— Роман, миленький, подожди, мне надо сосредоточиться. Я вспомню, я обязательно вспомню…

— Вспоминай! — взревел он.