— С удовольствием, — ответила Вин, и они вместе вы­шли.

— Я попала в игрушечное отделение, — сказала сар­динка, — а вы?

— Мое называется отделением двухчасовой распродажи со скидкой.

— В подвальном помещении?

— Нет, в первом этаже.

— Благодарите свою судьбу. Большинство непрофес­сионалов попадает в подвальный этаж распродажи со скид­кой. И хорошо, если они выдерживают там первый день. Но вам повезло. Судя по вашему виду, вы принадлежите к тем, которые побеждают.

— А меня Сэди Кирк. А вот и комната для обучения, хотя она называется комнатой для отдыха. Я попала сюда потому, что очень мало разницы в чековой системе у Рольса и у Бингеля, где я работала, пока грипп не заставил меня слечь в постель и мое место заняли. Я решила попытать счастье у «Рук». Но мне все же не мешает подучиться. Ся­дем рядом, и я помогу вам, чем смогу.

— Вы очень милы, — пролепетала Вин.

— Вы тоже, — послышался нежный ответ.

Комната для отдыха была очень симпатична, если бы когда-нибудь представлялся случай отдыхать в ней, но мисс Кирк прошептала, что этого никогда не бывает. Здесь были во всю стену полки с книгами, со стеклянными дверцами, несколько кушеток с подушками и много удобных кресел.

На маленьких столиках лежали очень старые номера иллюстрированных газет и журналов. На больших окнах были зеленые занавеси, смягчавшие ослепительный свет, который проникал через них и, по словам мисс Кирк, не про­пускавшие пыли. Пол был выкрашен в темный цвет и ме­стами покрыт коврами. Вообще комната могла служить прекрасным «местом для показа», если бы какая-нибудь влиятельная, сующая всюду свой нос, миллионерша стала выказывать интерес к «условиям жизни приказчиц».

Одна из стен длинной узкой комнаты была почта сплошь занята огромной аспидной доской, предназначенной выпол­нять роль чековой книжки. Перед доской стоял бледный молодой человек робкого вида, который кашлял и прочи­щал хорошенько свое горло, объясняя группе приказчиц Питера Рольса специальную упрощенную и на современный лад усовершенствованную систему складывания цен товаров, продаваемых со скидкой, самым быстрым и научным спосо­бом. Вин, внимательно прислушиваясь, легко схватила сущ­ность системы, но она задавала себе вопрос, «справится» ли она с ней, когда придется применять ее на практике при двухчасовой продаже со скидкой. Мисс Кирк скоро заметила, что разница между этими и другими системами не слишком велика, чтобы ей стоило утруждать себя, и начала пускать остроты по различным адресам.

— Это — приказчик, обучающий продаже, — шепнула она своей высокой протеже. — Мне кажется, он новичок в своем деле и робеет перед нами — девушками. Но бьюсь об заклад, что он может быть груб с мужчинами, если к тому представится случай.

Вин, не забывшей своего любопытства, вызванного за­гадочным разговором рыжеволосой девицы с управляющим, хотелось расспросить об этом сардинку, которая, казалось, знала все, что ей полагалось и не полагалось знать. Но новичкам не следует терять ни одного слова, сходящего с нерв­ных губ учителя. — Вы скажете мне об этом после, — попро­сила она; — мне следует послушать это.

— Ладно. Вы завтракаете на службе или вне ее?

— Я полагаю, что на службе.

— То же сделаю и я, хотя, как я слышала, здесь грязно, и плохо кормят. Попробуем, однако.

Вин не решилась отвечать. Она с трудом усваивала по­следнюю часть урока. Затем пятнадцать минут обучения окончились, и для нее начиналась действительная борьба за существование в качестве одной из рук Питера Рольса.

Не оставалось времени для того, чтобы позволить себе роскошь сговориться о завтраке. Девушки встретятся, если позволят обстоятельства.