Леа вскакивает и звонит своей помощнице:

– КЛЭР, Я СЛОМАЛА НОГОТЬ! ПОШЛИ КО МНЕ КОГО-НИБУДЬ КАК МОЖНО СКОРЕЕ! – Потом поворачивается ко мне. – Пенни, мне пора бежать. Давай пересечемся еще раз как-нибудь, до того как гастроли закончатся, хорошо? Всегда приятно иметь хорошую женскую компанию. А то здесь многовато мужской энергии.

Не могу удержаться от улыбки, потому что сама думала точно так же. Может быть, компания Леа – далеко не так плохо, как казалось.

– Да, будет здорово поболтать как-нибудь.

– Без проблем, куколка.

Она посылает мне воздушный поцелуй и выходит из комнаты. Я слышу стук ее каблуков, а потом – еще чей-то голос. Впрочем, я бы узнала его где угодно. Это Ной.

Он появляется в дверях. Вид у него совершенно пришибленный.

– Пен, мне так жаль. – Ной усаживается рядом со мной и берет мои руки в свои. – Блейк практически заставил меня пойти в бар, который он нашел рядом, а потом… я сам не заметил, что уже четыре утра, а мы только возвращаемся в гостиницу. Я поставил будильник на утро, но, должно быть, выключил его во сне! И испортил то, что должно было стать совершенно прекрасным днем.

Как раз в это мгновение в гримерку вваливается Блейк. На голове капюшон, лицо помятое, и воняет он как нечто среднее между пивоваренным заводом и пепельницей.

– По-чесноку, Пенни, это была лучшая ночь. Я закадрил ту немецкую цыпочку, которую подцепил после концерта, и мы тусили в компании ее друзей. Дин танцевал на столах; Ной… господи, каким же он был пьяным. Я еще никогда его таким не видел. Нам пришлось тащить его домой на руках!

Он заходится истерическим смехом.

Ной умоляюще смотрит на меня. Блейк продолжает увлекательный рассказ о том, какой же сумасшедшей была эта ночь. Не могу сказать, чего именно Ной сейчас хочет: чтобы земля разверзлась и поглотила его… или все-таки Блейка.

Он сжимает мою руку.

– Мы устроим наш день в следующем городе, обещаю. Все пирожные и достопримечательности, которые ты захочешь увидеть. Все, что угодно.

Ной понизил голос, чтобы только я могла его слышать, но неудачно – Блейк уловил часть его слов.

– Пирожные и достопримечательности? Ты что, шутишь, Ной? Ты же на гастролях, а не в школьной поездке! И какая еще ерунда взбрела вам в голову, а? – он пристально смотрит на Ноя, потом переводит взгляд на меня.

– Блейк. Пожалуйста, помолчи хотя бы минуту. – Ной явно рассержен.

– С чего бы вдруг? Или головка бо-бо? – Блейк снова разражается хохотом, но все-таки милостиво выметается из гримерки. Остаемся только мы с Ноем.

Он закатывает глаза и поворачивается ко мне.

– Пенни, пожалуйста, скажи хоть что-нибудь. Мне безумно стыдно, правда стыдно. Такого больше не случится. Они меня практически силком туда притащили.

Все, о чем я сейчас могу думать, – слова Леа. О том, как легко увлечься всем этим. Остановить Ноя я не могу, да и не хочу. Не хочу быть для него такой девушкой. Ему восемнадцать, он живет своей мечтой и развлекается. Я должна быть счастлива с ним, иначе потеряю навсегда.

– Да все нормально, не парься, Ной. Я нашла чем заняться, и даже без тебя у меня был суперский день. Рада, что ты повеселился этой ночью.

Я улыбаюсь, целую его в губы и взъерошиваю волосы. Морщу нос.

– Слушай, от тебя несет, как от помойки, если не сказать хуже!

Он кривится.

– Не успел принять душ. Ларри разбудил меня и сразу повез сюда.

Бросаю ему полотенце. Ной хватает его и целует меня по пути к душу. Стаскивает с себя футболку. Удивленно распахиваю глаза, пялюсь на его сильную спину, явно накачанную не только на сцене, но и в спортзале.