В этот день Мэриан больше не вернулась в лес и на следующие два тоже. Вместе с Мэг собрала корзину яиц от их последней курицы, чтобы отвезти их на рынок с зашифрованным посланием к брату Туку. Он посещал все условленные места так часто, как только мог. В послании говорилось, что Мэриан почувствовала слежку. И она очень удивилась, когда через пару дней получила ответ. В нем говорилось: «У меня все так же, как у тебя. Будь осторожна».

Девушка поняла, что не сможет больше пойти в лес сама. Ведь это совсем не то, что охота без пут, теперь добыча должна быть совсем другой — не зайцы или утки, а рубины! И она стала изо всех сил думать над тем, как объяснить соколам не только то, какая странная должна быть добыча, но и то, в каких именно деревьях она находится. Если только удастся все объяснить, Мэриан отправит Календулу, Моргану, Лиру или Улисса в одиночку. Все соколы довольно суеверны. Что подумают Мох и остальные, если она скажет им о рубинах, спрятанных в прокаженных деревьях, где жили зараженные соколы-перепелятники? И все-таки девушка медленно начала:

— Хечмон дуасч куинкс кинаш… (В Барнсдейлском лесу есть пять брошенных гнезд в дуплах, в которых я спрятала выкуп за короля — пять рубинов).

— Гнезда были брошены потому, что соколы-перепелятники заразились, не так ли, Мэтти? — спросила Лира негромко. Для своих птиц девушка по-прежнему оставалась Мэтти.

— Да. Я никогда вас не обманывала. Если вы откажетесь помочь, я это пойму.

— Старое предание гласит, — сказал Мох, — что можно заразиться, просто приблизившись к дереву, где жили зараженные соколы-перепелятники. Но я согласен тебе помочь.

Мэриан прикрыла глаза, благодаря старую дорогую птицу за то, что та стразу же согласилась. Жаль только, что она была слишком дряхлой и вряд ли от нее будет толк.

— Надеюсь, ты ни капли не сомневалась, что я соглашусь тебе помочь, Мэтти? — спросила Календула.

— И я тоже, — откликнулся Улисс.

— Рассчитывай и на меня, — присоединилась Моргана.

— И на меня, — добавила Лира.

Девушка смотрела на своих птиц затуманенным слезами взором и думала, умеют ли они тоже плакать?

— Вы все такие хорошие, — произнесла она, наконец. — Вы самые благородные птицы, и с вашей помощью мы спасем короля Ричарда Львиное Сердце, самого лучшего из правителей. А теперь я попробую вам объяснить, где находятся деревья.

Птицы обменялись нервными взглядами, которые девушка не поняла. Может быть, у них были какие-то задние мысли.

— Псчуап мучта тауба тауба и грейча… (Нужно лететь строго на запад, а добравшись до леса, повернуть на юго-юго-восток. Там растет платан и несколько берез…) — Мэриан говорила негромко, стараясь как можно отчетливее объяснить местонахождение деревьев, в которых спрятаны рубины.

Птицы собрались вокруг нее и слушали внимательно. Лира опустилась на пол, где девушка чертила на камнях схему обугленной палочкой.

— Беда в том, что так не объяснишь, как соколу прокладывать курс, — сказала Лира. — Слова… слова… картинки…

И Мэриан поняла, что хотя и выучила птичий язык, понятия не имела о том, как соколы прокладывают курс. Ни слова, ни плоские картинки тут не помогут.

— Видишь ли, милая, — раздался слабый и дребезжащий голос Моха, — на каменной кладке этой башни особенно трудно объяснить, как мы добираемся до нужного места. И хотя сейчас я мало что вижу, на просторе я руководствуюсь чувствами.