Он вспоминал, как она воровала из его тарелки картошку, как спорила, смеялась, как осторожно гладила Пухляка… Нет, Фараона. Он возражал поначалу и даже нарошно продолжал часто звать кота Пухляком, но вот уже неделю тот был исключительно Фараоном.

Она умела быть удивительно простой и настоящей. Но он знал – ее место там, в свете софитов, под гимн, где замирает весь зал.

Он не мог заставить ее вернуться в маленький районный городок. Не мог лишать ее судьбы. Когда она прислала смску “Прости, не смогу сегодня вернуться. Возвращайся домой один.”, он все понял и уехал, чтобы не мешать. А самое страшное – в той жизни у нее был муж. И этот человек больше года оплакивал жену на всех телеканалах страны. Как можно потерять ее и не умереть от горя. Макар хорошо понимал чувства этого человека.

Иногда ему казалось, что она войдет в сад как раньше, улыбнется и обовьет его шею гибкими руками… Что будет пахнуть яблоками и чем-то невысказанным… И он услышит ее чуть насмешливое «Ты правда поверил, что я могла не вернуться? Размечтался!» И он улыбнется в ответ, не найдя слов, кроме короткого: "Поверил, но все равно ждал". А потом они будут… нет, они больше ничего не будут… Он стукнул со злости по корзине и яблоки рассыпались по террасе.

Он замер. И в этот момент – скрипнула калитка. У входа стояла она. В простой черной тунике, как тогда, когда он увидел ее в первый раз. Лицо спокойное, уверенное, словно ничего не случилось и она просто пришла домой.

– Я боялась, что ты уедешь куда-нибудь, где я тебя не найду, – сказала она тихо.

Он шагнул навстречу. Остановился в паре шагов. Руки опустились, не зная, что делать.

– Я думал… ты там. В свете. В своей жизни.

Она покачала головой.

– Я там была. Но мое место здесь. С тобой.

Макар сглотнул ком в горле. Вздохнул с усилием, посмотрел в ее глаза – такие знакомые, родные, и все равно не мог поверить.

– Слушай, Катя… Женя… – выдохнул он и попытался улыбнуться. – Я простой парень. Пережить жену-мэра я еще мог. Но олимпийскую чемпионку?.. Я даже не знаю…

Она засмеялась сквозь слезы:

– Ну извини, Макар, даже ради тебя я не смогу поменять свое прошлое. И к тому же в этом тоже есть свои преимущества. Красивому выделели деньги на строительство гимнастического центра!

Он все еще смотрел на нее, не веря до конца. Словно боялся, что она растает вместе с утренним туманом и исчезнет, как сон.

– Скажи мне, – хрипло выдохнул он. – Кто ты? Катя Соболева? Или… Женя Алмазова? Арбалетова? Я не знаю теперь…

Она улыбнулась – устало, но светло. Подошла ближе и положила ладонь на его щеку.

– Я Женя… Соболева, – сказала она тихо, глядя прямо в глаза. – Твоя жена, мэр города Красивый и человек, который нашел дорогу домой.

– Женя, – проговорил он, пробуя на вкус непривычное имя. – Женя.

– Да, Женя! А Катей мы назовем дочку. Я сама привыкла к этому имени и не готова с ним прощаться.

– Что?

– Извини, хотела тебе сказать раньше, но потом …

– Что? Катя! То есть Женя !– он вглядывался в ее лицо пытаясь осознать мысл того, что только что услышал.

– Ну, если будет мальчик – можно Димой или Колей в честь твоего отца, но мне кажется, что будет Катя.