– Понятно. А какая была погода тогда? Во время соревнования.

– Я не помню.

– Мне кажется, это должны быть какие-то зашкаливающие эмоции, когда ты побеждаешь и становишься чемпионом, – задумчиво произнесла Катя. – Расскажешь?

– Я… я не помню…

– Не может быть. Просто закрой глаза и представь себя там, где ты стал лучшим. Вспомни свои эмоции, окунись в них снова.

– Я помню… я был дома, а мне позвонила учительница и сказала, что пришли результаты, и я первый по области. Это было так круто! Мама не верила тому, что слышала. Я положил трубку, она взяла меня за руки, и мы буквально прыгали от счастья! Мама сказала, что всегда знала, что я самый умный! И папа тоже ужасно горд за меня! Они это знали! А звонок Анны Петровны им просто подтвердил, что я лучший!Мальчик послушно закрыл глаза:

– Анны Петровны? Учительницы по математике?

Андрей Иванов раскрыл глаза и ошеломленно заморгал.

– Ты ведь никогда не был на спортивных соревнованиях, я права?

Мальчик сглотнул и кивнул растерянно.

– Все в порядке, Андрей, не переживай. У тебя какой сейчас урок должен быть?

– Математика.

– Иди на занятия.

Мальчик вышел из спортзала. Катя посмотрела на застывших напротив нее Нину и Павла. Сколько еще таких липовых побед? А сколько загубленных детских попыток?

– Ну вот… – тихо произнес Павел. – Я чувствовал, что здесь что-то не то… Простите, что был немного резким. Я не хотел унизить мальчишку. Я думал, здесь хотя бы что-то настоящее.

Нина тихонько заплакала. Павел сходил в тренерскую и принес им стулья. Они сели в углу огромного спортзала.

– Ну, рассказывай, Нина, – серьезно, но без осуждения сказала Катя.

– Я не хотела. Правда. Но Ангелина Сергеевна сказала, что это указание свыше. Она дала понять, что нам очень нужны победы. Иначе школа останется без финансирования. А так ведь и столы новые, и ремонт, и… и много всего.Нина всхлипнула:

– И премии, – не зло подсказал Павел.

– Я свои премии ребятам-спортсменам отдавала. И часть зарплаты тоже. Я подумала, что так хотя бы справедливо будет.Катя опустила голову:

– Кто это смог организовать?

– Ангелина Сергеевна договорилась со спортивной секцией, и вместо наших школьников мы отправляли под фамилиями своих настоящих спортсменов.

– Как складно получилось, – выдохнул Павел.

– Я не умею спорить. Всегда боялась перечить. С самого детства. Я боюсь их. Я боюсь не найти другую работу. Я боюсь остаться ни с чем. Я боюсь, что меня просто сотрут с лица земли, если я начну возмущаться. Здесь так со всеми.Нина опустила глаза:

Катя вздохнула. Сколько таких, как Нина, здесь было? Сломанных, но добрых. Запуганных и загнанных в угол, вынужденных молчать и всю жизнь оставаться в позиции жертвы. Она почувствовала горячее желание что-то изменить.

– Нина… надо перестать бояться. Одна ты не справишься, но вместе мы можем.

– Что теперь делать?

– Меня слушать, – вмешался молчавший Павел. – Значит, сейчас мы остаемся здесь, и ты мне рассказываешь про каждого ученика, кто и что реально может в перспективе. Меня интересуют не нынешние возможности, а их потенциал.

– Хорошо, – Нина вытерла слезы.

– Потом мы намечаем план уроков и тренировок. И к следующим соревнованиям школа побеждает честно. Вряд ли возьмем все призы, как сейчас, но мы точно воспитаем своих чемпионов! Вопросы есть?

– Вопросов нет, я согласна, – улыбка раскрасила заплаканное лицо девушки с опухшими глазами.