— Так вы все же сделали рывок?

— А как вы думаете?

— Нет, — сказала она, хотя не была уверена.

— Не пришлось. Потерял форму, — он засмеялся. — Моя спортивная карьера покатилась под горку, но для этих парней я — герой. Для старших. Большинство из этих малышей тогда еще не родилось.

Викки окинула взглядом сцену. Почти черная темнота с неизменной пунктуальностью прерывалась вспышками света с танцевального пространства. Танцующие совсем юные, увидела она, большинство — подростки, хотя то там, то здесь столики были заняты курящими «ветеранами» двадцати с чем-то лет в шелковых костюмах. Она резко встала.

— Что случилось? — спросил Стивен.

Она неотрывно смотрела на фигуру в белом шелковом костюме, которая казалась странно знакомой. Вспыхнул свет, и когда он посмотрел в ее сторону, глаза их на секунду встретились. Он бросился прочь и скрылся в толпе. Викки пошла за ним, и мельком еще раз увидела его лицо, когда он спешил по многолюдным ступенькам.

Теперь она была уверена — это Хуан, бывший помощник Ай Цзи, с «Вихря».

Проталкиваясь сквозь поток идущих вперед людей, Викки пробилась вниз в бар; толпа кун-фуйцев уставилась на нее. Она упорно направлялась к двери, через темное фойе, и неожиданно оказалась словно на бриллиантовой улице. Блестящий автомобиль сорвался с места и растворился в мерцающем огнями потоке машин.

— Кто это был? — спросил подбежавший Стивен.

— Я подумала, что увидела одного из наших матросов. Парень — танка по имени Хуан. Я считала, что танка держится обособленно и общаются лишь друг с другом.

— Обычно так и было, но они становятся богатыми контрабандистами. Наверное, ему выпал крупный куш.

— Он был таким славным подростком. Немножко неуклюжим и ленивым. Я не могу себе представить его бойцом кун-фу.

— Нет. Он купил посудину и сам нанимает себе крутых парней.

— Зачем? — спросила она, неуверенная, что хочет знать ответ.

— Вы думаете, он приводит эту посудину назад домой пустой? Он старается делать это, пока может. Придет первое июля, и ему лучше плыть в Австралию. Каэнэровцы и триады не стыкуются. Красные вышибли их из Шанхая, а теперь вышибут и из Гонконга. Если только какой-нибудь дьявол не заключит сделку.

— Я не могла ошибиться насчет Хуана. Хотя, может, я не права. Я спрошу Ай Цзи, матроса моей матери. Он наверняка знает.

— Но скажет ли он вам? — улыбнулся Стивен. — О’кей, а как насчет нас? Еще потанцуем?

— Я немножко устала. Извините.

Стивен обнял ее и лениво поднял в воздух руку, которая мгновенно вытащила его отцовский «роллс-ройс» из кучи машин. Когда они садились в машину, фотовспышка осветила лицо Викки. Она нагнула голову, но было поздно.

— О Господи, Стивен, мне не нужна фотография моей физиономии в «Кантон-клубе» в газетах.

— Сейчас вернусь.

Он быстро подлетел к девушке-фотографу и вернулся через минуту.

— Трогай, — велел он шоферу и протянул Викки кассету с засвеченной пленкой.

— Но как вам это удалось?

— Обещал ей лично мои фото с какой-нибудь «звездочкой» — в любой позиции, в какой она пожелает.

— Спасибо. Я ценю это. Я просто подумала, что как-то не предполагается, что английский тайпан может якшаться с гангстерами.

— По крайней мере, не в газетах, — он поцеловал ее в губы, очень мягко. Потом налил в бокалы шампанского, выуженного из серебряного ведерка со льдом. — Пригласите меня домой?

— Не могу.