Ху Фэйцинь глядел на огонь в очаге, два маленьких пламени плясали в его зрачках.

– Как ты меня узнал? И когда?

Ху Вэй покосился на него, но ничего не ответил.

– На Таошань?

– Может, я вообще всегда это подозревал… – пробормотал Лис-с-горы. – Ты был слишком необычен для лиса: на задних лапах ходит, стихи пишет, варит пилюли…

– И когда ты всё понял? Когда я сумел превратиться в человека? – настаивал Ху Фэйцинь.

– Раньше. Помнишь, ты отрастил два хвоста разом? Вот тогда и понял. Правда, мне понадобилось ещё какое-то время, чтобы удостовериться…

Глаза Ху Фэйциня опять поползли на лоб. Получается, Лис-с-горы едва ли не с самого начала знал, кто он!

– Как ты понял? – изумился он.

– Как? По запаху твоей ауры. На свете нет двух одинаковых аур, у каждого существа своя собственная, её ни с чем не перепутать.

Ху Фэйциню это показалось неправдоподобным.

– Но я переродился лисом, значит, аура у меня должна была смениться на лисью. Я ведь стал другим существом. Из человека лисом.

Ху Вэй вздохнул и терпеливо объяснил:

– Демоны способны чувствовать ауру иначе, чем другие существа. Я узнал бы её и через тысячу перерождений… и смог бы тебя отыскать.

Ху Фэйцинь фыркнул:

– Не везёт тем, на кого у демонов зуб!

– Действительно.

Но Ху Фэйциню нужно было выяснить ещё кое-что. Он нахмурился и спросил:

– Зачем ты меня осквернил?

– Что, опять? – поразился Ху Вэй. – Из тебя что, никогда человечью натуру не вылисить?

– Тогда, в посёлке, когда я был У Мином!

Лис-с-горы быстро отвёл глаза в сторону:

– Просто захотелось.

– Вот соврал же, – уверенно возразил Ху Фэйцинь. – Когда лисы врут, у них начинают бегать глаза!

– А когда врёт один бывший бессмертный мастер? – поинтересовался Ху Вэй.

– А?

– У тебя случился духовный всплеск, когда я это сделал. Почему?

– Как… – Ху Фэйцинь несколько растерялся. – Потому что ты меня осквернил. Для бессмертного мастера соприкоснуться со Скверной означает…

– И ты нашёл в себе Скверну после этого? – осведомился Ху Вэй с самым невинным видом. – Поэтому перестал приходить в посёлок?

Ху Фэйцинь смутился и принялся оглаживать воротник одеяния. Скверны он в себе как раз не нашёл и именно поэтому перестал приходить в посёлок.

– Ты просто заговариваешь мне зубы, – буркнул он, – чтобы не отвечать на мой вопрос.

– Ты действительно хочешь, чтобы я тебе ответил?

– Д-да… – с запинкой ответил Ху Фэйцинь. У Лиса-с-горы было странное выражение лица, когда он это спросил.

Ху Вэй усмехнулся:

– Ладно. Но если тебе не понравится ответ, с меня взятки гладки.

[060] Причины «осквернить» Господина-с-горы

Угли в очаге потрескивали, в глазах Ху Вэя плясали два красноватых отблеска, но Ху Фэйцинь не был уверен, отражение ли огня это или проявление демонической натуры. Отвечать Лис-с-горы не спешил. Он вытащил из очага две палочки с нанизанными крысами, одну протянул Ху Фэйциню.

– Нужно подкрепиться, – сказал он, – а за едой можно и побеседовать. Если ты не против жареных крыс.

Ху Фэйцинь был голоден. Он уже почти сутки ничего не ел и не использовал инедию. От запаха жареного мяса у него буквально слюнки потекли, но он собирался выдержать характер и не есть, пока не получит ответы на вопросы.