Конечно, я знал, что избавиться от общества Кашалота мне за просто так не удастся. Я был согласен на такую плату, однако сомневался, чтобы мои родители мечтали породниться с Молли Делани.

– Как вы решительно настроены, сэр! Заканчивайте поскорее ваши дела в Престбери и возвращайтесь к себе. Я привезу шампанского, и мы отметим это как полагается.

Я приписал внезапное изменение настроения Делиз холодной погоде, а может быть, ее стал донимать кто‑нибудь из старых друзей. Ну что ж, жениться так жениться. Я не имел ничего против брака, кроме того, что однажды уже был женат, но слишком уж недолго.

Вернувшись к действительности, я увидел, что медленно тащусь по Парквэй в потоке машин вместе со своим помощником Джеем, по‑прежнему подключенным к аудиоплейеру, продвигаясь из Манчестера на юг, в сторону процветающих чеширских пригородов.

Как только мы пересекли границу графства Чешир, нас окружили свидетельства благосостояния его обитателей. У меня было достаточно времени, чтобы все рассмотреть.

По обеим сторонам дороги между коттеджами тут и там виднелись новые стильные высотки, офисы компьютерных компаний с расклеенными на них объявлениями о вакансиях системных аналитиков, аккуратные новые дома из темно‑красного кирпичах ярко‑красными оконными рамами и широченными карнизами, затем салоны «БМВ», ультрасовременные промышленные здания, магазины модной одежды и центры ландшафтного дизайна.

«Вот отличное место для детективного агентства с хорошей репутацией! – думал я. – Нам с Делиз надо бы перебраться куда‑нибудь в богатый пригород, где наверняка происходит масса интересных преступлений».

Чтобы не приезжать к Глории раньше времени, мы остановились в Хэндфорте и заглянули в бар «Бычья голова». Бармен окинул нас подозрительным взглядом. Джей, которого давно пора одеть поприличнее, слишком напоминал торговца наркотиками, а меня, видимо, приняли за его телохранителя. Посетители бара старались держаться от нас подальше, и мы выскочили оттуда через пять минут.

Саймон Риштон объяснил, что дом его жены находится в Престбери – пригороде на границе Макклсфилда, который считается одним из самых элитных районов во всей Англии, – и что к дому удобнее всего подъехать, сначала двигаясь в сторону Олдерли‑Эджа, затем вниз по крутому склону через Престбери‑Виллидж. Риштон предупредил нас, что точное местонахождение собственно Престбери усилиями агентов по продаже недвижимости держится в строжайшем секрете. И в самом деле, мы заметили, что почти на всех дорогах, ведущих на запад от Макклсфилда, указатели «Престбери» направлены как в ту, так и в другую сторону.

Мы спустились с холма, оставив в стороне знаменитый ландшафтный парк, скрытый в тумане, и не обращая внимания на ложные указатели с левой стороны дороги. Время от времени в темноте возле дома какого‑нибудь знаменитого футболиста или порно‑короля вспыхивали рождественские огни. Следуя указаниям Риштона, мы скоро увидели уродливые муниципальные коробки, а за ними – квартал высоких коттеджей, где проживала Глория Риштон.

Я вышел, а Джей стал припарковывать машину.

Собственно, дела было на пять минут. Я подумывал даже, не спросить ли мне Глорию напрямик, с кем она живет. Нажав на кнопку звонка, я посмотрел на часы. Они показывали десять минут восьмого.

Ответа не последовало. Я позвонил еще раз. Снова ничего. В гостиной на втором этаже горел свет – значит, там кто‑то был.

В доме стояла полная тишина. Разумеется, квартал располагался в стороне от дороги, в тупичке. На первом этаже не было окон, только двери домов и гаражей, так что вблизи разглядеть нас никто не мог.

– Если она заканчивает в пять тридцать, то уже должна вернуться, – сказал я Джею.

– Может, звонок не работает? – предположил он. – Или она где‑нибудь на третьем этаже, в ванной.