|
Как я уже говорил, до Досу и Заку мне дела нет, бесталанные слабаки с напрочь прогнившими душами, но вот Кин я решил спасти, и вот она тут, – за время моего короткого монолога лицо Карин стало серьёзным и сосредоточенным. На девушку вывалилось очень много информации, и она её старательно обрабатывала, собственно, одной из причин этого представления и было моё желание ввести в курс дела родственницу. Сакура же полностью забыла о своей неприязни и успела сесть в кресло рядом с Карин, сейчас тоже будучи предельно собранной. Немного подождав, пока девушки усвоят полученную информацию, я продолжил: – Теперь следующий вопрос. Это Карин Узумаки, – я указал рукой на девушку. – Она, как и я, принадлежит к клану Узумаки. Во время последней великой войны шиноби клан Узумаки, проживавший в деревне Водоворота, был уничтожен. Кем, когда и как – до сих пор неизвестно. Однако о самом клане мне известно много. Прежде всего, клан Узумаки – ближайшие родственники и побочная ветвь клана Сенджу, думаю, кто такие Сенджу, рассказывать не надо? – девушки замотали головами. – Так вот. Клан Узумаки обладал несколькими особыми качествами, прежде всего, это очень сильная чакра, по её объёму средний представитель клана Узумаки превосходил и Сенджу, и Учих, хотя и те, и другие тоже славятся особо сильной чакрой. Второй особенностью клана Узумаки была живучесть, это сложно описать, так как проявления были разными, но даже при стопроцентно смертельных ранах Узумаки могли жить от нескольких минут до нескольких часов, хотя практически любые другие шиноби на их месте скончались бы спустя пару секунд. Самый яркий пример тому моя мать, но об этом чуть позже. Третьей особенностью можно назвать огромный природный талант к фуиндзюцу, собственно, именно своими печатями клан и был знаменит. Что касается внешности, то Узумаки, как и большинство кланов шиноби, имели свои отличительные черты, вернее, черту – красные волосы. Да, ты что-то хочешь спросить, Сакура? – на самом деле, она ещё не успела внешне проявить свой интерес, но вот эмоциональная вспышка была весьма яркой.
– Э… Кхм… Да, хотела. Ты сказал красные волосы, но ведь у тебя волосы жёлтые. – Верно, это так проявились гены моего отца, у него тоже были ярко-жёлтые волосы, а вот у моей матери волосы были почти бордовые. В академии её даже дразнили помидором, – улыбнулся я. – Весь первый день. А потом за ней намертво закрепилось прозвище Кровавая Хабанерo, – вот теперь в моей улыбке была не только мечтательность, но и явная гордость. Сакура и Карин нервно сглотнули, а Кин немного напряглась. – Н-да. Ну ладно, на чём я остановился? Ах да, точно. Поскольку шла война, многие шиноби Водоворота находились за пределами селения, моя мать, например, тут, в Конохе, проходила обучение в академии. Между кланом Узумаки и Конохой с момента основания последней вообще были очень близкие, союзные отношения, о чём ярко свидетельствуют эмблемы спирали на всех куртках чунинов и джонинов, это, если хотите знать, герб клана Узумаки, в Конохе его начали носить после уничтожения клана, как дань памяти погибшему союзнику. Но поскольку шла война и возможности заняться поисками у Конохи не было, – в это я сам ни на секунду не верю, но сказать надо именно так, – выжившие из деревни Водоворота рассеялись по всему миру, как результат, Карин родилась в селении Скрытой Травы. Наверняка есть и другие представители клана Узумаки, живущие сейчас в других селениях, но достоверной информации о них у меня нет. В общем-то, даже тебя, Сакура, можно принять за Узумаки, и честно говоря, когда я узнал о такой внешней особенности, я на пару минут так и подумал, но, к сожалению, пришлось отказаться от этой мысли. Думаю, ты и сама понимаешь почему, – Сакура наморщила лоб, но уже спустя секунду, улыбнувшись и уверенно кивнув, довольно воскликнула: – Чакра! – Верно. У тебя самый маленький запас чакры на нашем потоке, даже у Шикамару больше, хотя он постоянно жалуется на её недостаток. |
