|
– А этот, значит, сидит, а перед ним огромная дырень в стене, и вода на пол выливается, а рожа у него такая… Ну, знаешь… Довольная такая… Вот, Наруто-кун как раз говорил: «кирпича просит». Как сама удержалась – не знаю, а вот Анко-сан его кирпичом и припечатала, прямо в нос. Потом ещё какую-то технику земли использовала, он бежать, а она только полотенце схватила и за ним, а дальше я уже только взрывы с крыши видела… Ну и вот… Ещё клоны Наруто-куна, один сразу ко мне поднялся, я ещё на крышу вылезти не успела, а второй за ними пошёл наблюдать, я ещё раза два видела, как барьеры появлялись, это, наверное, он дома прикрывал.
Сакура просто села, тут же рядом плюхнулась Карин, и уже через секунду обе девочки залились смехом.
***
– Фуууф… – выдохнул вылезающий из-под земли Джирайя. – Ушёл… А ведь это было близко. Пара неуловимых движений – и беловолосый мужчина встал обеими ногами на землю, после чего с кряхтением потёр спину. – Эээх… Дааа… – рука переместилась чуть ниже, где в нарядном плаще саннина зияла опалённая дыра, не спас даже особый материал. – Ну что ж… Искусство требует жертв… – философски заключил саннин, обращаясь к небесам, и взъерошил свою шевелюру. Постояв пару секунд в таком положении, жабий отшельник отряхнулся и, оглядевшись по сторонам, быстрым шагом поспешил прочь от места событий. «Искусство требует жертв! – повторил про себя саннин. – Но лучше бы мне с недельку не появляться в этом квартале. Надеюсь, Наруто не сильно обидится, по крайней мере, не настолько, чтобы меня эту неделю искать…» Воображение мужчины в красках нарисовало картину «расстроенного Наруто», этому очень способствовало лицо Узумаки, которое он видел незадолго до излишне близкого знакомства с Огненным Драконом. Картина Джирайе не понравилась. Настолько, что шаг ещё немного ускорился, а горло совершило непроизвольное глотательное движение. Уж очень некоторыми деталями характера сын Четвёртого напоминал другого человека с вертикальным зрачком, которого очень хорошо знал Джирайя, а это значило, что будучи расстроенным, Наруто мог сделать нечто… Нечто, что отшельнику не понравится, по крайней мере, Орочимару в таких случаях бывал очень изобретателен… «Как и его лучший ученик», – услужливо напомнила память, спровоцировав ещё один непроизвольный глоток. «Хорошо, что третий тур уже завтра… И надо бы зайти к портному, интересно, старушка Хо ещё работает?..»
***
– Анко, выходи, – тихо позвал я, продолжая созерцать дыру на месте стены. – … Как ты узнал, что я тут? – так же тихо и даже немного робко спросила вышедшая из-за угла девушка. – Я тебя чувствую, – касаюсь свободной рукой плеча. – Держи, – я протянул ей свёрнутый плащ, нашедшийся в ванне вместе с остальной одеждой девушки, если, конечно, защитную сеточку можно назвать одеждой. Анко сейчас, кстати, была в свободных серых шортиках и длинной футболке бежевого цвета, этакий домашний вариант, только волосы опять завязаны в пучок. – Спасибо, – девушка приняла своё любимое пальто и тут же его надела, после чего молча замерла, глядя в сторону разрушений. – Полагаю, я должен сказать спасибо за то, что ты не разнесла весь дом… – спокойным голосом нарушил тишину я. – Эээм… Ты же не сердишься? – Не то чтобы я действительно на тебя сердился, но это неприятно. – Извини… – я перевёл взгляд на Анко. Девушка стояла, опустив плечи и повесив голову, причём в эмоциях действительно был стыд с примесью какого-то странного страха. |
