– О ком? – презрительно фыркнул Грен. – Так я и поверил, что не знаешь! Не знаешь? – Он потряс головой, таким образом пытаясь стряхнуть гнев с души. Но это не удалось. Он резко выдохнул. – Я видел снимок у медиков. – Он кивнул, чтобы подчеркнуть силу своих слов. – Он, конечно, сказал, что это одна из куни укусила его, но я-то понял, что это за следы. Даже когда ты пытаешься укусить его, он прикрывает тебя!

– Афра? – воскликнула Дэймия. – Да он даже не подозревает, что я существую на свете! Этот хладнокровный, зеленокожий, желтоглазый… – Она попыталась найти еще какие-нибудь эпитеты, но ей это не удалось. – Капеллианин!

– Ты не думаешь ни о ком, кроме себя! – резко ответил Грен. – Дэймия, бедная Дэймия! – Он прищурил глаза и критически осмотрел ее. – Ну, так как насчет Афры? Как ты думаешь, что он должен чувствовать, когда дочь его лучшего друга набрасывается на него? Ты что, не понимаешь, что натворила?

– Он отверг, он унизил меня! – выкрикнула Дэймия, удивляясь, как Грен мог узнать об этом, и одновременно изумляясь тому, что она сама только что выболтала ему довольно неприглядную истину.

– Да у тебя ж на лице все написано! У него просто не было выбора, даже если бы он и хотел! – горячо возразил Грен. – Но это для тебя ничего не значит. Чтобы наказать его за это, ты калечишь какого-то бедного…

– Это неправда! – изо всех сил заорала Дэймия, по лицу которой текли слезы ярости.

– Разве? – тихо поинтересовался Грен. – Подумай, прежде чем ответить, Дэймия Гвин-Рейвен. А когда подумаешь, пойдешь к нему и вежливо-вежливо попросишь его научить тебя самоконтролю.

– Не пойду! Никогда! – Она была настолько разъярена, что перешла на шепот. Она просто дрожала от подавляемого желания сделать что-нибудь ужасное со своим обвинителем.

– Твои родители ничего не знают о той ночи и об Амре, – проговорил Голли звенящим от напряжения голосом. – Пока… – Он поднялся, чтобы уйти, повернулся к ней спиной. – Ты должна извиниться перед ним и попросить, чтобы он научил тебя самоконтролю.

– В противном случае что ты сделаешь? – презрительно хмыкнула Дэймия.

Грен бросил на нее пронзительный взгляд.

– Я все расскажу твоему отцу.

Тяжело ступая, он удалился, а Дэймия, сидя на диване, размышляла, почему эта угроза показалась ей такой зловещей.

– Ларак! – радостно воскликнула Дэймия, подбегая, чтобы обнять своего брата. – Что ты здесь делаешь?

– За мной послал Афра, – сообщил сестре Ларак, обнимая ее. Он покачал головой. – Я не думал, что мама и папа так серьезно отнесутся к его совету.

– Твой голос! – удивленно проговорила Дэймия, уловив в нем нечто новое по сравнению с прошлым годом. – Ты вырос.

– Да, я уже не маленький мальчик, Дэймия, – гордо заявил Ларак, голос которого стал ниже и грубее. – За семь месяцев я вырос на три дюйма! Скоро догоню тебя!

Дэймия рассмеялась.

– И даже перегонишь, я уверена! – Она поджала губы. – Зачем Афра послал за тобой?

– Разве он не сказал тебе?

– Мы больше не обмениваемся доверительной информацией, – вздохнула Дэймия, и по ее тону было ясно, что она не намерена обсуждать эту тему.

Ларак присвистнул:

– Это что-то новенькое. А я-то думал, что Афра – твой ближайший друг.

– Я переросла эту детскую зависимость.