– Целая жизнь прошла, а в памяти все живо, как будто вчера случилось. Уж простите, если не особо складно говорить буду. До сих пор нервничаю, когда вспоминаю тот день. Пожалуйста, не перебивайте меня. Расскажу, что помню и знаю, а вопросы потом зададите, хорошо?

Я кивнула, вынула диктофон и спросила:

– Можно делать запись?

– Конечно, – разрешила хозяйка. – Вы же не журналист, не желтая пресса. Впрочем, и я не знаменитость. И никому не нужна печальная история разбитой очень много лет назад большой любви.

Я положила диктофон на стол и превратилась в слух.

У Нади и Раи была маленькая разница в возрасте. Они росли вместе, были очень дружны. Наденька чуть ли не с пеленок полюбила шитье. Родители любили дочек, баловали их. Старшие члены семьи зарабатывали не так уж много, но у девочек были куклы, книги, хорошая одежда, еда, конфеты, фрукты. Раз в месяц вся семья обязательно посещала театр.

Отец работал электромонтером в Министерстве культуры. Окладом Сергей Васильевич похвастаться не мог, но он был мастером на все руки, охотно соглашался помочь сотрудникам. Сергей чинил все, что ломалось. Мог бы и автомобиль реанимировать, но за такое Ленский не брался. А вот любой бытовой прибор оживить – это пожалуйста. Проводку провести, люстру повесить, холодильник, пылесос или телевизор воскресить… Ленский не гнушался никакой работы. Принося домой очередной барыш, говорил жене:

– Птичка по зернышку клюет, а я по рублику собираю. Нет стыдной работы, стыдно не работать!

Дочки видели, как родители пашут, чтобы в семье был достаток, и тоже начали стараться. Раечка до начала занятий в школе разносила газеты и письма. Помогла ей устроиться на почту соседка Нина Петровна, она привела школьницу к заведующей, попросила:

– Возьмите ее вместо меня – устала очень. За восемьдесят уже перевалило, пора сесть у телевизора – ноги болят.

– Условия те же, – процедила сквозь зубы тетка, – десять рублей ежемесячно на руки. Официально оформить не могу.

– Вот крыса! – прошипела старушка, когда они с Раечкой шли домой. – Львиную долю заработка себе забирает. Оформила почтальоном свою дочь, двух зайцев убила. Ее жирную тунеядку не накажут за безделье, и денежки в кармане шуршат. Ну ничего, червонец тоже хорошо, насобираешь себе на обновки.

Но Рая накопила сто рублей и отдала их маме со словами:

– Это на машину папе.

Сергей Николаевич давно стоял в очереди на автомобиль, и в конце концов, спустя долгие годы, оказался третьим.

А Надя уже в седьмом классе хорошо шила, к ней начали приходить соседи. Сначала с мелкими заданиями типа платье укоротить. Но потом управдом Люся рискнула заказать у школьницы юбку, и все ахнули, увидев результат. К девочке потек косяк клиентов.

Когда отец наконец купил «Запорожец», вся семья поехала на нем летом в путешествие – Владимир, Суздаль, Муром, Юрьев-Польский, Гусь-Хрустальный. В последнем купили фужеры и рюмки. Хозяйка показала на сервант.

– Вон они, на полке стоят. Родители набором пользовались только по очень большим праздникам. Сейчас такой качественный хрусталь не делают. Я его очень берегу… Зачем рассказала о детстве? Чтобы вы поняли, что у нас с Раей был пример правильных семейных отношений. Папа и мама никогда не ругались. Может, и сердились порой друг на друга, но мы с сестрой ни скандалов, ни склок не видели. Перед нашими глазами были только уважение и любовь друг к другу. Вот почему я не захотела вступать в брак – не нашла такого мужчину, каким был отец. Не жила и не живу бобылкой, но в паспорте штампа нет. Не желаю сажать себе на шею лентяя, хама или, не дай бог, алкоголика. Родители часто повторяли: «Учись, овладевай мастерством.