— Думаю, это совсем не вариант! Рэнделл или Сэм заподозрят что-то, выбери что-нибудь еще.

Зак отводит от меня взгляд, как будто что-то обдумывает, затем он опять смотрит на меня, и его взгляд выражает крайнюю решимость.

— Я не планировал это так скоро, и конечно, не думал, что это будет сегодня... но я подумал, что мы могли бы с тобой вдвоем сходить в церковь и послушать службу, посмотреть, как это.

Я крепче сжимаю его руки и воодушевленно шепчу:

— Это прекрасная идея. Почему тебя это заинтересовало?

— Я думал, что это был бы отличный способ, может, как-то понять моих родителей. В этом была задействована большая часть их жизней. Я отошел от христианского учения пока жил в Карайке, хотя отец Гоуль исправно пытался наладить эту связь, рассказывая отрывки и истории из Библии. Мне было ближе на тот момент то, что практиковали карайканцы, которые находили особую магическую связь с природой. Но теперь, думаю, почему бы мне не посмотреть на увлечение моих родителей, и может, попытаться понять их, ведь хуже от этого уже точно никому не станет. Ты же понимаешь, что мне нужно прикладывать больше усилий, чтобы как-то понять и привыкнуть к вашему современному миру и обществу.

Поднимая наши переплетенные пальцы, я целую каждый его палец.

— Я думаю, это отличный способ, чтобы почтить память твоих родителей, Закариас. Я буду счастлива пойти с тобой. Я попытаюсь узнать, какая из церквей находится поблизости, и мы сразу посетим ее.

— Спасибо тебе, — говорит он и подтягивает наши переплетенные пальцы к своим губам, целуя каждый пальчик, а затем развратно покусывает.

Я прерывисто вздыхаю, качаю бедрами, проводя своей киской по его члену. И ощущаю, как его эрекция пробуждается под моими дразнящими движениями.

— Но давай поговорим о более важных вещах на данный момент, — бормочет Зак, а в его глазах бушует огонь.

— И о чем же это? — шепчу я, смотря на него невинным взглядом.

— Давай поговорим о том, как ты возьмешь в рот мой член, а я буду в это время ласкать твою сладкую киску.

— Ах, об этом ты хотел поговорить, прости, я не догадалась сразу, — поддразниваю я его, продолжая покачивать бедрами. — Кстати, это позиция в сексе называется «шестьдесят девять».

Огонь желания в глазах Зака меркнет и на долю секунды его заменяет живой интерес.

— «Шестьдесят девять»? А почему это так называется?

Я высвобождаю руку из его ладони и рисую указательным пальчиком на его груди цифры, когда он смотрит, я продолжаю объяснять.

— Шестьдесят девять, Зак. Смотри, как соотносятся цифры. Ничего не напоминает? —

говорю я, подмигивая и дерзко улыбаясь.

Признание и понимание касается его взгляда, и он кивает с грешной улыбкой, которая приподнимает уголки его губ.

— О, ну теперь я вижу. Я и раньше хотел предложить тебе это, но даже и не мог представить, что это так называется.

— Да, это очень популярная сексуальная позиция или мне так, по крайней мере, кажется.

Зак резким движением поднимается и садится на кровати, крепко оборачивая свои сильные руки вокруг моей талии. Между моих бедер он был невероятно твердым. Теперь я очень хорошо чувствую, как его твердый и готовый член касается моих влажных складочек, он немного покачивает бедрами. Зак немного толкается и раздвигает членом мои складочки, начиная двигаться напротив моего изнывающего от желания прикосновений клитора. Прижимая к себе, он переворачивает меня на спину.

— Ты когда-нибудь делала это раньше, ответь мне?

Я смущенно качаю головой и прикусываю нижнюю губу.

— Нет, не делала. Но всегда хотела попробовать.

— Я буду твоим первым, — с гордостью говорит он.

И, надеюсь, последним, но это все пустые и несбыточные мечты.