К их счастью, территорию охраняли всего пять демонов, ведь все исчадия Ада, которые несколько часов подряд выползали из озера, давно отправились в город. Без особого труда расправившись с монстрами, Софи лихорадочно бросилась искать Патрика в номерах мотеля, в глубине души понимая, что вряд ли он спокойно дремлет в одном из них. Захария первым увидел озеро в окно и, позвав подругу, вышел на задний двор.

– Я не знаю, что делать, – едва шевельнув губами, произнесла Софи. Крики и грохот Акрополя остались далеко позади, так что перекрикивать шум не приходилось. – Он там? В озере?

– Боюсь, что да, – ловец опустился на колени, тревожно вглядываясь во тьму, что покоилась в глубине.

Когда парень понял, что уже видел это место, он съежился, словно от неожиданного удара. Глубоко в душе он знал, что некоторые вещи невозможно изменить и то, что должно случиться, произойдет, как ни пытайся это предотвратить. Но все же, надежда умирает последней. Мальчишки, которые явились ему с легкой подачи Шанталь, показали неизбежное. Но показали они ему это не просто так. В том видении был ответ на вопрос, что же делать дальше. Разбросанные части головоломки встали на свои места, создавая реальность, от которой Зак так хотел убежать.

– Послушай, – бесцветно прозвучал его голос. Каждое слово давалось с невероятным трудом, впиваясь в сердце острыми когтями. – Я не смогу достать Патрика… Я просто убью его… «Но помни – тьму отгонит свет. В тенях ищи ты ее след…» – он процитировал отрывок из пророчества атаманши. – Здесь нечему отбрасывать тень. Здесь не будет теней. И если я войду в озеро… Софи, я – изначальный Свет этого мира, я тот Свет, что впервые разогнал мрак. Тьма, в своей исконной сущности, не имеет ни начала, ни конца, и я не мог уничтожить ее, потому что как только я делаю шаг вперед, она отступает, догоняя меня со спины. Это замкнутый круг. Это Цикл Извечных. И так было всегда. Сейчас Патрик ни здесь, ни там, его душа все еще в его теле, но он сейчас – портал, источающий Тьму, которая, не являясь злом, все же служит убежищем для всякой нечисти. Сейчас он заключен во Тьме, в этом крохотном озере… Но ты… Ты можешь его спасти, – Захария резко встал, и посмотрел на Софи, – в отличие от Света, Огонь не отгоняет Тьму, а лишь рассеивает. Он растворяется во Тьме, путешествуя по ней, словно спасительный маяк… Стражи никак не могли найти Патрика, потому что он потерялся в себе. И пока ты будешь во Тьме, они не найдут вас... Равно как и Мастера, – он замолчал, а его разноцветные глаза наполнились такой невероятной болью и печалью, что Софи отвела взгляд, не в силах это видеть.

–Ты уверен? – тихо спросила она, глядя на озеро.

Ловец отвернулся, до крови закусив губу.

– Иди, – наконец, выдохнул он, – пока я не вцепился в тебя, пытаясь удержать. Ступай, Софи, ты нужна ему.

– Посмотри на меня, – девушка коснулась его плеча, но парень даже не пошевелился.

– Нет…

– Захария, посмотри на меня!

Софи сделала несколько шагов, оказавшись напротив лица парня, и уставилась на него. У ловца был такой вид, словно сейчас его живьем резали на куски. Он был настолько растерян и испуган, что сейчас, казался моложе своего возраста. Софи вдруг поняла, какой свет в нем видела Меланта. Это была любовь. Искренняя и всепоглощающая, жертвенная и всепрощающая. Любовь терпеливая и не подвластная времени… И точно такая же любовь жила в Патрике. Эти два парня были воплощением самой истинной и извечной любви, царящей от начала времен. И они были неотделимы друг от друга. Как без тьмы ночного неба невозможно увидеть сияние звезд, так и без света утреннего солнца невозможно увидеть тени, скрывающиеся под деревьями.