К пяти тридцати они уже были в лагере. Сначала все передвигалась с осторожностью, затем со все возрастающей уверенностью, поскольку стало ясно, что ничто не было нарушено.

Внезапно Сюзи вспомнила о мачете.

— Эй, Анни, ты бросила мачете в бамбуковой роще, когда кинулись за ружьем. — Женщины переглянулись и на мгновение ими овладел соблазн оставить его на ночь.

Анни вздохнула и сказала:

— Ладно, пойдем заберем его.

Раздраженная Анни показывала дорогу, продвигаясь по узкой тропинке, которую они протоптали параллельно берегу реки, она и вела к бамбуковой роще.

Анни резко остановилась.

— О, Боже! — Сюзи увидела то же самое. Впереди, спиной к ним, двигалась фигура в форме защитного цвета. Этот человек нес ружье и шел бесшумно.

Анни оставила «М-16» в лагере. Она шепнула на ухо Сюзи:

— Проследи за ним справа.

Она скрылась в зарослях деревьев слева от тропы. Сюзи осторожно коснулась компаса, который висел у нее на шее, затем свернула вправо. К тому времени, как он дошел до Уильям Пенн, обе женщины уже были уверены, что человек этот еще не привык к джунглям и что он был один. Он постоянно смотрел то вправо, то влево, оглядывался, поэтому Анни и Сюзи немедленно пошли вперед. Если бы фигура в хаки была не одна, женщины могли бы заметить и других где-то поблизости. Обычно, если это был патруль, каждый член цепочки, кроме головного, который указывал путь, старался не терять из виду идущего впереди него.

Достигнув Уильям Пени, человек еще раз оглянулся и поспешил свернуть налево.

Анни посмотрела на Сюзи, правой рукой делая рубящее движение, как если бы это был нож. Солдат, должно быть, заметил их лагерь и теперь собирался привести подкрепление.

Сюзи кивнула.

Когда женщины дошли до навесного веревочного моста, человек в форме уже был на полпути от начала. Его ружье болталось на спине, верхние веревки были под мышками, каждой рукой он цеплялся за веревку. Из наблюдений стало ясно, что он знал, как следует ставить ноги на узлы, чтобы не соскользнуть.

Анни кивнула Сюзи. Женщины высвободили свои ножи и тихо двинулись вперед.

Человек почувствовал, как у него под руками дернулись веревки, заставив его качаться, и едва не потеряв равновесие. Он крепко ухватился руками за них и быстро повернул голову, оглядываясь. Он увидел двух диких грязно-коричневых дикарей, каждый из которых подрезал верхнюю веревку.

Человек в ужасе закричал и вцепился в веревки. За тридцать секунд верхние веревки были перерезаны.

Они повисли.

Человек повис на все еще туго натянутой нижней веревке, затем потерял равновесие.

Футах в шестидесяти внизу под ним река прокладывала свой путь среди валунов к водопаду.

Падая в ущелье, он дико кричал.

В возбуждении Сюзи прошептала:

— Сработало! Сработало! Как нам и говорил Джонатан.

Анни прикусила губу, поскольку сработало все же не так, как предвещал Джонатан.

Человек не упал непосредственно вниз и не разбился там о камни. Он оступился, но сумел ухватить верхние веревки, пока падал, так что они протянули его вперед. Он был выброшен в кусты на полпути к противоположной стороне ущелья. От этих кустов он спружинил на более мелкий кустарник дальше внизу. Теперь он лежал на этой поросли возле самого дна ущелья, крича от боли. Сюзи сказала:

— Он издает жуткие звуки. Следует закрыть ему рот, не то кто-нибудь услышит.

— Как?

— Скорее всего, ножом, — неохотно сказала Сюзи.

— Ты это и сделай.

— Я не могу, не могу, — захныкала Сюзи.

— И я не могу.

Сюзи выругалась, затем передернула плечами.

— Придется нам обеим это сделать. И лучше поскорей.