— Джерри Пирс думает, что соглашения следует подписать в первых числах апреля, самое позднее. Юридическому департаменту потребуется для них 3 месяца. В противном случае мы должны будем временно закрыть шахту.

— Это даст нам только три недели на обсуждение, Гарри.

— И что же? Раки всегда вел переговоры в последнюю минуту.

— И сейчас он имеет все преимущества, — сказал Керри. — Давай я расскажу, как он выиграл выборы. Для начала, он организовал их в конце декабря, когда большая часть острова непроходима из-за разливов рек и обвалов.

И пока они ехали через лес, где желтые орхидеи свисали с темно-зеленых деревьев, Гарри слушал длинный перечень примеров ужасного обмана и коррупции. Керри закончил:

— Ив областях, недружественных к Раки, солдаты вели стрельбу по мишеням рядом с пунктами голосования, неудивительно, что мало кто проголосовал.

— Кто же голосовал за демократию? — спросил Гарри. Керри рассмеялся. Уже позади остались высокие деревья джунглей, они ехали по возделанной земле.

— Неудивительно, что Раки был избран президентом пожизненно.

Впереди они могли видеть заброшенные хижины Шантитауна.

Гарри наклонился вперед и вскричал:

— Я никогда не видел так много солдат в Куинстауне! Керри спокойно сказал:

— Некоторые люди еще помнят время до 1975 года, когда на острове не было разложившейся армии, а была хорошая полиция. Теперь у нас нет полиции, а есть новые, так называемые силы обороны, пополняемые за счет филиппинских наемников и любых молодых туземцев.

Когда они приблизились к отелю Ма Чанг, Гарри заметил новую вывеску над входными дверями. Ярко-голубыми буквами было написано: «Президент-отель».

— А что не в порядке с молодыми туземцами? — спросил Гарри.

— Сначала молодые вольнонаемные из близлежащих племен вели себя сносно, но сейчас они голодают, им мало платят и они вымогают еду и деньги на пропускных пунктах.

— Много ли пропускных пунктов?

— Ты увидишь три на протяжении мили. Они останавливают каждую повозку и велосипед. Если у тебя нет выкупа, ты рискуешь быть избитым ботинками или прикладами ружей. Они тратят все деньги на выпивку. И ты знаешь, какими они становятся, когда выпьют.

Гарри знал, что у островитян слабые головы, вино плохо действует на них. Они становятся агрессивными, хвастливыми забияками и могут быть очень жестокими. Отрезаются уши, расплющиваются носы и выкалываются глаза.

— Потеха начнется в сумерках, Гарри, — предупредил Керри. Ты услышишь грохот пустых консервных банок и единичную оружейную стрельбу этих молодых преступников в хаки. Не стоит недооценивать их из-за того, что они так молодо выглядят. У них настоящие ружья, они воруют настоящую амуницию с военных заводов. Большинство из них — хорошие стрелки. Их учат стрелять в течение нескольких недель, потом им вручают «АК» и пару бутсов, говорят им, что они солдаты и что их задача — защищать президента и использовать свои мозги, чтобы прокормиться. Людей убивают каждую ночь. Собаки начинают есть трупы раньше, чем семьи найдут их.

— Я понимаю, почему ты не написал это в полном отчете, пока я не прибыл, — сказал Гарри. — Мне было бы трудно в это поверить.

Он спрыгнул с машины и посмотрел на необычно тихую дорогу. Город выглядел угрюмо, угроза висела между зданиями как невидимое облако.

В вестибюле отеля над приемной стойкой висела большая подкрашенная фотография президента Раки: розовые щеки благодушно улыбались, а глаза были спокойно безжалостны, как у римских императоров.

Гарри встречал непреодолимый запах магнолий.

— С возвращением, мистер Скотт, — миссис Чанг глядела поверх стойки, где Фредди продавал виски.