— Не бойся, — негромко сказал Артем, когда они спускались по лестнице. — Все будет нормально, — и на мгновение сжал его руку тонкими, но цепкими пальцами. — Отмашемся.

— Я? — Славик скривился. — Я ничего не боюсь. Они вышли на улицу. Широкоплечий сидел в потрепанной «шестерке» и барабанил пальцами по рулевому колесу. Увидев пару, он улыбнулся, и в улыбке скользнула победная радость.

— Я тут, — позвал он.

— Да уж видим, — проворчал Славик. Они подошли к машине.

— Это Мишка? — поинтересовался широкоплечий.

— А тебе кто нужен? — недовольно спросил Славик.

— Мишка.

— А это кто, по-твоему?

— Откуда мне знать.

— Если тебе нужен Мишка, с какой стати я потащил бы кого-то другого? — резко, словно раздражаясь тупости собеседника, сказал Славик.

— А, — широкоплечий озадаченно тряхнул тяжелой головой. Спросил, внимательно глядя на Артема: — Мишка?

— Ну?

— Садись, — широкоплечий открыл переднюю дверцу. Бросил Славику между делом: — Ты на заднее.

— Как скажешь, — Славка нырнул на заднее сиденье. — Теперь-то, может, объяснишь, куда мы едем?

— Скоро узнаешь, — многозначительно ответил широкоплечий. «Шестерка» медленно покатила по улице. Все трое молчали. Широкоплечий то и дело курил, на пятой минуте поездки включил магнитофон. Славик пробормотал что-то негромко. Широкоплечий заметил движение губ.

— Что? — переспросил он, чуть-чуть убавляя громкость.

— Спрашиваю, оглохнуть не боишься? Тот усмехнулся довольно:

— Нормально, — и снова врубил магнитофон на всю катушку. В Долгопрудном он резко свернул на узкую боковую улочку, втопил газ на полную мощность. «Жигуль» неожиданно резво для своих преклонных лет прыгнул вперед. Мотор взревел. Еще один поворот, да такой, что Славика швырнуло на дверцу. И снова короткая улица и поворот. И четвертый раз. И пятый. Славика кидало из стороны в сторону, от дверцы к дверце. Артем чувствовал себя довольно спокойно. Во-первых, потому, что пристегнулся, во-вторых, держался за ручку. Славик же схватиться за нее не успел. Вот и порхал по салону, как бабочка.

— Очумел? — тяжело выдохнул он, когда «жигуль» вновь выехал на трассу.

— Да показалось там… — широкоплечий держался так, словно подобные номера ему приходилось проделывать каждый час. — «Москвич» на хвосте повис.

— А-а. Славик оглянулся. Если «Москвич» и был, то теперь он безнадежно отстал.

— Спокойно, спокойно, — покровительственным тоном сказал широкоплечий. — Я его сбросил. У меня в этом деле практика большая. Была.

— Спасибо. Успокоил. Плохо, что Димка не сказал, какую машину ему удалось одолжить. Возможно, именно «Москвич». Если так, то их с Артемом дела плохи. Совсем плохи. Чем дальше от Москвы, тем все более пустынной становилась трасса. Наконец широкоплечий сбросил скорость и включил поворотник.

— Считай, приехали, пацаны, — сообщил он. Несколько минут машину немилосердно трясло на ухабах. «Жигули» проползли мимо завалившихся бревенчатых ворот, затянутых колючей проволокой. На одной из створок болталась ржавая табличка: «Стой! Охраняемая зона!» Колюче-проволочная ограда уходила в обе стороны от дороги и терялась в кустарнике. Впереди маячили странные сооружения.