— Пацаны! — донесся сквозь створку приглушенный голос Димки. — Эй, открывайте! Что у вас там случилось? Славик убрал руку с пистолетом за спину, повернул ключ в замке, толкнул створку.

— Входи! Димка ввалился в комнату, остановился на пороге:

— Машину отогнал, спрятал во дворике. Никто не найдет, — замолчал, оценивая напряжение, все еще царящее в комнате, спросил: — Вы чего, пацаны?

— Чего? — сделал наивные глаза Артем. Славик выглянул в коридор, убедился, что все спокойно, запер дверь и только после этого сунул оружие под ремень.

— Случилось что-нибудь? — Димка оглянулся на Славика, оценил запертую дверь и удивился еще больше.

— Ничего, — старательно продолжал разыгрывать непонимание здоровяк.

— Подрались, что ли?

— С чего ты взял?

— Да вид у вас какой-то… странный. Артем пожал плечами.

— Правда? А мы и не заметили. Славик прошел через комнату, остановился у окна, сказал спокойно:

— Милка, если решила уйти, уходи сейчас. Будем считать, что ты ничего не слышала, ни о чем не знаешь. Как ты станешь выбираться из всего этого дерьма — твоя забота.

— Эй, — Димка стащил куртку, бросил на кровать. — Никто не хочет рассказать, что здесь произошло, пока я там баранку крутил? Славик предельно сухо и сжато изложил ему содержание их «беседы». Он заранее знал, чью сторону займет Димка, и предвидел очередной виток споров. Для себя Славик уже все решил. Когда человек не в состоянии решить проблему мирными методами, ему приходится играть по навязанным правилам. Они плохо представляли себе последствия, когда решились на эту авантюру. Теперь у них нет других путей, кроме тех, о которых они тут говорили. Есть еще смерть, но он не хочет умирать из-за какого-то скотья. И в тюрьму не хочет тоже. Только не в тюрьму. Умирать на нарах еще обиднее, чем на воле. Остается бег. Пока хватит сил, а там посмотрим. Вопреки его ожиданиям, Димка не стал кричать, а только хмыкнул и спросил:

— У этого типа действительно есть полмиллиона баксов наличкой? — Анна молча кивнула. — И он до сих пор сидит в этой заср…ой стране? Да этот мужик — полный идиот. Такого «обуть» — не грех. — И, сложив пальцы веером, заявил, старательно гундося: — Базару нет, братела. Чисто конкретно я с вами.

— Дима! — воскликнула Милка. — Что ты говоришь? Славику стало ее жалко. Несомненно, она ждала поддержки. Димка же только развел руками.

— Мать, ну а чего ты хотела-то? Чтобы я сидел тут, пока меня не пристрелит какой-то козел? Тебе хорошо говорить. У тебя папочка с мамочкой есть. Они, в случае чего, и прокурору сунуть могут на лапу, и судье.