|
Он умел видеть будущее. Не по линиям руки, как уличная гадалка, а по глазам. Телохранитель мог навскидку сказать, у кого из посетителей, приходящих к его нанимателю, линия жизни длиннее, у кого короче, а у кого ее вообще практически нет. Он был молчаливым и мудрым, как египетский сфинкс. Славика так и подмывало спросить у него: «А сколько отпущено мне?» Но он не спросил, только решительно толкнул дверь. Рашид сидел на кровати, болтая в руке пульт дистанционного управления. Славик остановился посреди комнаты и… понял, что не представляет, что делать дальше. Рашид смотрел телевизор, словно, кроме него, в комнате никого не было. Вдобавок вдруг стали мешать руки. Славик подумал секунду и сунул их в карманы джинсов. С вызовом уставился на Рашида. Тот не отреагировал. Тогда Славик вздохнул и сказал:
— А этот… парень у двери сказал, что меня ждут. Рашид повернул голову, посмотрел на него, сказал серьезно: — Думал, умный. Думал, не придешь. Садись, раз пришел. — Он сунул руку под подушку, вытащил завернутый в газету пакет и бросил на кровать: — То, что ты просил. Славик улыбнулся. Наконец-то у них хоть что-то начало налаживаться. — Можно посмотреть? — спросил, не смея прикоснуться к пакету, боясь, что тот сейчас растает, как сон. Рашид безразлично пожал плечами. — Хочешь — смотри. Твое теперь. Славик схватил сверток, ощущая, как приятно замерло сердце в предвкушении чего-то пока неясного, но светлого и яркого. Торопливо развернул газету, наслаждаясь веской тяжестью. Они лежали бок о бок. Черные, внушительные, вызывающие уважение одним только фактом своего наличия. Славик сунул руку в пакет, сжал пальцами ребристую рукоять пистолета. Достал его, покрутил, разглядывая со всех сторон. Там же, в пакете, лежали полные обоймы. Три штуки. И горсть патронов россыпью. Рашид несколько секунд слушал восторженное сопение визитера, затем решительно выключил телевизор и поднялся: — Поехали, — сказал он. — Куда? — Славик с трудом оторвал взгляд от вороненых «игрушек». — Не бойся. Поехали, — коротко бросил Рашид, натягивая куртку. — Мне бы тоже куртку… — Не надо, — остановил его Рашид. — Машина есть. Они вышли из комнаты, оставив внутри одного из «чиграшей». У конторки вахтерши Рашид на минуту остановился, чтобы сказать пожилой женщине два слова, улыбнуться и вручить крупную купюру. Благодаря подобным «знакам внимания» к нему беспрепятственно ходили многочисленные «друзья», случающиеся изредка конфликты не становились достоянием общественности, а милиция не имела понятия о поселившемся в общаге навечно молодом «бизнесмене». На улице Рашид кивнул в сторону припаркованного поодаль неброского старенького «фордика». — Вон машина. Садись. — Вместо «шестерки»? — понимающе кивнул Славик, бережно прижимая к груди драгоценный сверток. — Зачем вместо? — по привычке переспросил Рашид. — «Жигули» — это здесь ездить. Для безопасности. — За тобой что, охотятся? — Зачем? Слава, надо честно дела делать, тогда никто охотиться не станет. — Славик вдруг осознал, что Рашид говорит чисто, почти без акцента. — Нет. «Жигули» — чтобы не завидовали. — Тогда зачем тебе охрана? — Долги. — Ты должен? — Зачем? Мне должны. Зависть и долги, Слава, два самых страшных врага. Один из охранников открыл дверцу автомобиля. Рашид и Славик забрались на заднее сиденье. «Чиграши» заняли свои места в салоне. Впереди. В багажнике что-то зашумело, захлопало. |
