Анвер появляется только часа через два. И вот каким образом: во двор въезжает та самая БМВ, из нее и вылезает Анвер. Я уже изготовился к стрельбе, спрятавшись за фруктовым деревом… С радостью убираю ствол, засовываю за брючный ремень. Выхожу из сада. Анвер видит меня и приветственно машет рукой.

— С обновкой тебя, — улыбаюсь навстречу.

— Ребята в центре узнали о наших неприятностях, о том, что мою тачку расстреляли и сожгли… Вот привезли подарок! — Анвер счастлив, будто ребенок, которому машинку подарили с дистанционным управлением. Да, дистанционное управление.

Я сажусь за руль и разглядываю то, как она изнутри наворочена. Анвер садится рядом.

— Классная игрушка, — говорю ему искренне. — Но меня больше интересует ваш разговор.

Улыбку с лица Анвера словно стерли. На его скуластом смуглом лице сразу же проявляется напряжение, и Анвер предлагает сухо:

— Пойдем, брат, я тебе кое-что расскажу.

Мы уходим в сад и садимся на скамейку. Чтобы как-то занять паузу, я закуриваю, зажмуриваюсь, пускаю дым.

— В Симферополе весь рэкет держат Каблуки — братья Каблуковы, — начинает Анвер.

Голос у него глухой, кажется, цедит он слова — слог за слогом.

— Парни приезжали от Каблуков и машину в подарок привезли, — продолжает брат Лики, мой брат теперь тоже. — Выразили соболезнования по поводу погибших ребят. В принципе это все… Но! Говорили о новостях в центре. Местных наркодельцов кто-то круто наказал. А им даже Каблуки не перечат. Сейчас идет выяснение, пытаются нащупать следы. У одного из «почтовых ящиков» взяли крупную партию наркоты. Разговор идет чуть ли не о полутора миллионах долларов! Представляешь? — Да, я представлял, но о моих представлениях еще рано говорить. Только киваю Анверу в ответ. — «Почтовика» кто-то грохнул, но нарковоротилы скрыли следы от ментов и сами ведут расследование. Говорят, будто нащупали что-то вроде следа в Евпатории. Только собирались туда приехать крутые и сами провести расследование, как кто-то устроил бойню. Но все равно, так сказали, в Евпатории остались люди и они выведут на след… Такая, брат, песня. — Анвер смотрит на меня задумчиво и по-новому. Каждый раз он смотрит на меня по-новому, да я и сам себя каждый день нахожу другим. Даже лицо становится другим день ото дня.

Мы курим и молчим некоторое время. Какой красивый день вокруг! От дома доносится запах дымка — это парни от безделья затеяли шашлыки.

— Дело действительно серьезное, — продолжает Анвер. — Надо парней готовить. Станем тебя отбивать.

За спиной раздается шорох, и мы с Анвером резко оборачиваемся. Это Леха стоит за нашими спинами, переминается с ноги на ногу.

— Ты почему подслушиваешь? — спрашивает Анвер зло.

— Так шашлыки готовы… Хотел позвать, — мямлит бодигард, продолжая вдруг с возмущением, даже с яростью: — Да мы их, блядей! Босс! Они кровью захлебнутся — хер у них что выйдет!

Я только криво усмехаюсь:

— Если б у меня имелось человек двадцать таких, как ты, то мы б половину охотников выбрали… — Леха улыбается, услышав комплимент.