— У тебя сейчас нет никакой работы? — спросил он. — Может, идти куда надо?

Багз кивнул, но добавил, что, мол, какая уж может быть работа, когда стоишь здесь на ступеньках отеля и выслушиваешь всякую околесицу.

Форд тоже спокойно кивнул, затем вынул сигару изо рта и осмотрел ее кончик. Потом столь же неожиданно поднял взгляд и вперил его в лицо Багза — словно пощечину отвесил.

— Ну так зачем же тогда ее слушать? — спросил он. — Не проще ли просто сказать «до свидания», или «пошел ты к черту», развернуться и уйти? Ты свято чтишь закон, у тебя чистая совесть — во всяком случае, я так думаю. Так каков же будет ответ? Чего ты боишься? Зачем торчать здесь со мной, когда так хочется уйти?

Багз посмотрел себе под ноги и ничего не ответил. Он просто не мог втиснуть в слова все свои чувства, а если и смог бы, то никогда бы на это не отважился. Он был виновен, формально виновен, пусть даже в непредумышленном убийстве. В мозгу его постепенно созревало убеждение, будто ему дали эту работу ради какой-то зловещей цели и что он молчаливо одобрил ее, согласился пойти к ней. Поэтому Форд вполне мог его задержать, заставить склониться перед собой. То же понимал и помощник шерифа, и хотел, чтобы Багз также признал это.

Пауза, казалось, растянулась на часы. Наконец Форд откашлялся и проговорил прежним беззаботным тоном:

— Похоже, ты произвел впечатление на Эми. Не помню уже, когда ее до такой степени увлекал какой-то парень. А кстати, как она тебе? Понравилась?

— Очень понравилась, — угрюмо произнес Багз. — Пожалуй, даже слишком.

— Вот как?

— Я хочу сказать, что начинаю все здесь заново. В жизни у меня никогда толком ничего не было, да я и не уверен, будет ли когда-нибудь. Но раз она твоя невеста...

— М-м-м? Да, кажется, я именно так тебе и сказал. Хотя слово это сюда не очень подходит. Если парень и девушка несколько лет подряд встречаются друг с другом, вполне естественно предположить, что они помолвлены. И им не надо что-то делать или говорить по этому поводу. Все и так ясно.

— Ну... — пробормотал Багз, — я... я понимаю.

— Чует мое сердце, тебе не понравилось то, как я разговаривал с ней сегодня вечером. Складывается впечатление, что о-чень не понравилось.

— И не понравилось! Я вообще подумал, что так, черт побери, с девушками не поступают!

— Да? Ого?

— Что ты имеешь в виду под этими «да» и «ого»?

— А то и имею. У тебя есть какое-то право осуждать меня? Кто она тебе, чтобы что-то нравилось или не нравилось? Да, действительно, у тебя ничего нет, но ты же еще молод и к тому же довольно привлекательный парень, а Эми явно не из тех, кто станет подсчитывать деньги в твоем кармане. Она определенно положила на тебя глаз, это уж точно, и ты, похоже, ответил ей взаимностью. Но я хочу, чтобы ты запомнил: я не стою у тебя на пути. Я слишком горд, чтобы использовать служебное по-ложение в личных целях, даже если бы и хотел сделать это... А потому мне хотелось бы услышать твой ответ. Скажи, что, черт побери, она для тебя значит? Или лучше будет, если я сам скажу, кем бы ты хотел, чтобы она стала для тебя?

— Вот черт, — поежился Багз. — О чем мы вообще толкуем? Я занят, я почти не знаю эту девушку, и...

— Работа может минутку подождать. А ты, возможно, успел узнать ее слишком хорошо. Ты чувствуешь, что знаешь ее слишком хорошо, и тебе не нравится то, что ты знаешь.

— Ради Бога, Форд! Я уже сказал тебе, что...

— Ну почему ты не хочешь признаться? Выдави, выплюнь это из себя. Скажи, что она очень даже хороша для того, чтобы с ней поиграться, но недостаточно хороша для чего-то большего.