— Ну да, конечно. Не захотел нарываться на неприятности. — Форд затянулся сигарой и выпустил тонкую струйку дыма. — Но потом ты передумал, и та самая неприятность, которой ты так опасался, все же случилась.

Багз пожал плечами. Форд мог хоть до посинения говорить и строить свои теории, но доказать он ничего не мог.

Помощник шерифа, прищурившись, смотрел на Багза и словно читал его мысли.

— Пока нет, — сказал он. — Хотя я пока особо и не старался, не особенно задумывался над всем этим. Все еще не решил, хочу ли я искать какие-то доказательства. Но если захочу...

— Тогда ты должен что-то сделать, чтобы найти доказательства, уличающие кого-то другого. Например, ту женщину, которая подсунула Дадли хлорал.

— Зачем?

— Что зачем? — Багз нахмурился. — Затем, что должен! Ты не можешь... не мог...

— Но почему нет-то? Что меня остановит? — Форд раскинул руки. — Может, с хлоралом вышла ошибка. Может, эта девица просто видела, как ты выходишь из комнаты Дадли, тогда как самой ее там вовсе и не было.

— Но... но она была там! Ты же сам говорил это дюжину раз!

— Возможно, я и ошибался. И в тринадцатый раз мог бы ошибиться. Так уж ли это невероятно? Даже если бы она встала под присягой, якобы пожелав исполнить свой долг — как каждый честный гражданин, — с какой стати кто-то обязан был думать, что она говорит правду? Да, сэр, ничто бы не позволило никому усомниться в ее словах, даже если самому ему они пришлись бы не по вкусу.

— Ну да, и это притом, что сам он мог бы повернуть свои заявления то так, то эдак.

— Вот и ты начал ухватывать суть идеи, — просиял Форд. — Прямо на глазах умнеешь. Если дело так дальше пойдет, то скоро сам сможешь без подсказки вытряхнуть песок из своих башмаков.

Форд заразительно рассмеялся — он был явно доволен своим юмором, и даже потер челюсть кончиком тонкого пальца.

— А теперь послушай меня. Я столько времени уже этим занимаюсь, что меня то и дело сносит в привычную колею, даже подумать не успеешь. Но у нас ведь у всех есть свои маленькие странности, и, как мне представляется, на то имеются вполне веские причины. И до тех пор, пока один человек не обвиняет другого в том, что...

— Послушай, — вмешался Багз, — если у тебя есть что сказать...

— Ну да, я понимаю. Ты устал, да и я определенно не самые приятный на земле человек, с которым можно поболтать. Так что не будем тянуть резину. Лично я не вижу оснований притягивать тебя к делу Дадли — ни из-за денег, ни из-за чего другого. Более того — и это, возможно, покажется тебе довольно необычным взглядом на подобные вещи, — я не считаю, что мы много потеряли с его смертью. Просто избавили правосудие от той работы, которой ему рано или поздно все равно пришлось бы заняться с этим типом. Поэтому просто скажи мне, что это был несчастный случай, и я поверю тебе. И больше не будем ни говорить, ни что-то делать по этому поводу.

— Вот как? Не дождешься, не скажу!

— Ну что ж... — Форд заколебался, задумчиво вытянув губы. — И все же оставим этот вопрос. Я с самого начала серьезно в тебя поверил, а теперь верю еще больше. А сейчас, Багз... — он понизил голос и наклонился вперед, — мне хотелось бы получить кое-какой дивиденд с моего доверия. Ты знаешь, какие вещи здесь творятся. Знаешь, почему миссис Хэнлон с такой готовностью помогла тебе получить эту работу. Во всяком случае, к этому времени должен был бы уже узнать. Ну, и что ты на это скажешь?

Он снова откинулся на спинку стула. Багз раздраженно прищурился, чувствуя, что вот-вот взорвется.