— Спасибо, что пришёл со мной.

Он не ответил. В прошлом он ясно дал понять, что ожидал, что я уйду от него в тот момент, когда наша семья станет Домом. Он не думал, что наша магия совместима. Если бы у нас были дети, они могли бы даже не быть Превосходными. Он рассматривал это как начало нашего конца, но все равно пришёл. Он был полным идиотом, если думал, что я позволю ему уйти. Он был моим. Моим Коннором.

Лифт открылся. Мы вышли в коридор, куда выходила дюжина дверей, все они были закрыты. В самом конце ряда дверей находились большие распахнутые двойные двери. Мы прошли к ним, потом внутрь в просторную круглую комнату. Стены были заставлены книгами, тысячами книг на изогнутых полках, которые понимались на три яруса в высоту, и у каждого яруса был свой балкон. В центре комнаты располагалось несколько удобных диванов в тёмной кожаной обивке. Прямо перед ними, между нами и диванами, стояла круглая конторка.

За стойкой сидел пожилой мужчина и читал книгу. Его кожа была тёплого коричневого цвета, указывая на латиноамериканское происхождение, волосы были белыми, и он был одет в серый костюм-тройку с галстуком-бабочкой из шотландки. Он поднял голову, улыбнулся нам и поднялся с места. Его глаза за большими очками были очень тёмными, почти черными, и сияли, будто два кусочка обсидиана.

— Мисс Бейлор, — произнёс он мягко и вежливо. — Наконец-то.

— Простите за неудобства в праздничный день.

Он улыбнулся шире, сверкнув белоснежными зубами.

— Бросьте. В конце концов, это моя работа, и мне все равно пришлось бы её выполнить. Я был в туннелях под центром Хьюстона, когда рухнул старый Судебный Центр. Своей жизнью я обязан вам и мистеру Рогану.

Из затемнённого алькова в боковой стене появился мужчина, он бесшумно двигался по полу. Слегка за двадцать, в дорогих туфлях и элегантном чёрном костюме с белой рубашкой, которая казалась ещё ослепительнее на фоне его смуглой кожи, и чёрным галстуком. Серо-чёрные татуировки покрывали его руки и шею. Его темно-каштановые волосы, короткие на висках и более длинные сверху, были зачёсаны назад, выделяя длинное привлекательное лицо с умными глазами цвета виски. Он выглядел опасным и немного печальным, как гангстер эпохи сухого закона на похоронах.

— Не каждый день случается регистрировать новый Дом, — продолжил Архивариус. Он склонился поближе и улыбнулся мне, словно делился секретом. — Особенно, когда в нем есть правдоискатель. Я очень рад с вами познакомится. Майкл тоже рад, не правда ли, Майкл?

Майкл кивнул.

Архивариус натянул пару льняных перчаток и развернулся. Позади него, на пьедестале, покоилась массивная книга под стеклянным колпаком. Он снял колпак, поднял увесистый формуляр, обтянутый мраморной кожей, и положил его на стойку. Обложку книги украшал вычурный золотой герб.

— Она прекрасна, — сказала я.

— Так и есть. Голландский переплёт восемнадцатого столетия. Дома Техаса записывались в эту книгу ещё до образования государства. — Он бережно раскрыл её и показал мне пустую страницу. — Если вы пройдёте испытания, ваш Дом будет записан здесь.

Он перевернул тяжёлые страницы на красную закладку. Страницу усеивали четыре колонки имён, написанных каллиграфическим почерком; некоторые из них были вычеркнуты.

— Все эти люди не прошли испытания?

Он кивнул.

— Верно. А теперь, есть ли у вас необходимые документы?

Я передала ему папку. Он открыл её, просматривая бумаги.

— Где второй свидетель? — спросил Роган.

— Опаздывает. Учитывая обстоятельства, я хотел выбрать кого-то, чья репутация не подлежит сомнению, а имя вызывает уважение. Думаю, вы будете приятно удивлены.