— Собственными ушами.

Питер опять вздрогнул, когда Свифт повернулся боком, чтобы пронести его через дверной проем. Свифт выглядел так, как будто сам испытывал его боль, только гораздо сильнее.

— Я буду так осторожен, как только смогу, сынок.

— Я знаю. — Питер прикусил губу и втянул в себя воздух носом. — А мисс Эми не будет говорить, что я плакса?

— Мы с ней уже пришли по этому вопросу к соглашению, когда она мазала мне рану на подбородке спиртом.

— А откуда у вас рана на подбородке?

— Она велела мне садиться, а я не послушался. Питер выдавил вялую улыбку.

— Мисс Эми не могла сделать этого! И вы никакой не плакса.

— Если что-то болит достаточно сильно, любой станет плаксой.

В смятении она сильнее сжала ложку и стала еще быстрее перемешивать тушившиеся овощи. Непонятное, волнующее чувство зародилось в ней.

Притягательные ароматы разбудили Свифта, и он прошел на кухню, слегка поглаживая свои болевшие ребра. Взгляд его заспанных глаз вспыхнул благодарностью, когда он увидел накрытый стол.

— Яблочный пирог, Эми? Она нервно улыбнулась ему.

— Мужчине совсем необязательно сидеть в тюрьме, чтобы есть яблочный пирог. Иногда он бывает так хорош, что заслуживает его и в другое время. — Проведя руками по фартуку, она попыталась открыто встретить его взгляд, но у нее это плохо получилось. — Я, м-м-м, хотела, чтобы сегодняшний вечер был особенным.

Свифт подошел к ней ближе.

— Жареный цыпленок?

— Охотник вчера принес мне курицу.

— Картофельное пюре и соус? Я умер и возношусь на небеса.

Она надеялась, что он не заметит, как тряслись у нее руки, когда она ставила салатницу с овощами на стол.

— Я не знала, что ты веришь в рай.

— Конечно же верю. Небеса команчей и ваши небеса — это, по всей видимости, одно и то же. Боги, должно быть, держат нас, команчей, и вас, белых, разделенными, чтобы мы не знали, что окажемся там опять вместе и начнем новую войну.

Эми наморщила нос.

— Так не годится. Это будет никакой не рай; если ты там будешь воевать, я окажусь там без тебя.

Он бросил на нее взгляд и улыбнулся.

— Почему-то у меня такое чувство, что я поднялся в твоих глазах после этой драки?

— Потому-то эта драка состоялась. — Она отвернулась к печке и сняла с себя фартук. — Не пойми меня неправильно. Насилие — это не мой путь. Но ничто другое не могло сработать в отношении Крентона, и нет таких законов, которые могли бы защитить его семью от него. А теперь он дважды подумает, прежде чем опять поднять руку на Питера. И я должна сказать… — Она оборвала себя и взглянула на него через плечо полными слез глазами. — Мне кажется, ты прекрасно вел себя с Питером…

Свифт пересек комнату и подошел к ней. Взяв ее за плечи, он повернул ее лицом к себе и коснулся ее губ легким поцелуем.

— А я ведь чуть-чуть сам не получил пинок под зад. Глаза у нее расширились.

— Ты?

— Ага, был чертовски близок к этому. — Он мягко рассмеялся. — Если бы я был потяжелее и не увернулся, он достал бы меня.

Эми провела кончиками пальцев по шраму на его щеке. Она снова пережила жуткий страх, вспомнив, как

Крентон размахивал ножом. Сегодня она могла потерять Свифта навсегда.

— То, что ты так рисковал, делает тебя еще более чудесным в моих глазах.

Его взгляд не отпускал ее, теплый и неотразимый.

— Если это так действует на тебя, я начну драться каждый день.