Она шутливо толкнула его.

— Садись и ешь.

Он подчинился и потом требовал добавки каждого блюда, включая яблочный пирог, нахваливая ее, когда откусывал очередной кусок.

Свифт не мог не заметить, что Эми едва ковырялась в своей тарелке, часто поглядывая на сгущающуюся тьму за окном, что губы у нее кривятся в рассеянной улыбке.

— Что-нибудь не так?

Она вернулась к действительности.

— Нет… Ничего.

Свифт откинулся на стуле, пристально глядя на нее.

— Ты из-за чего-то нервничаешь. Хочешь поговорить об этом?

Губы у нее плотно сжались. Она отвернулась, избегая его взгляда.

— Нет, я… — Голос изменил ей, и ее огромные голубые глаза встретились с его. — Ты извинишь меня на минуточку?

— Конечно же.

Свифт смотрел, как она выходит из кухни, встревоженный выражением ее глаз. Она выглядела не просто взволнованной, а какой-то испуганной. Он мысленно проследил весь их ужин, пытаясь припомнить, не сделал ли он или не сказал ли чего-нибудь такого, что ее напугало. Ничего не приходило ему на ум.

Встав, он начал убирать со стола. Он как раз поднимал блюдо с остатками яблочного пирога, когда услышал, как Эми произносит его имя каким-то дрожащим, неуверенным голосом. Он обернулся с тарелкой в руках и замер. Она стояла в тени за порогом с распущенными волосами, окутывавшими ее до бедер сияющим, золотистым облаком. Его взгляд опустился ниже, и тарелка полетела вниз, ударившись об пол с громким стуком, разбрызгивая во все стороны осколки фарфора и куски пирога.

— Вот дерьмо!

Слово хлестнуло в воздухе так громко, что, казалось, задрожали стены. Свифту хотелось откусить себе язык. Эми вздрогнула и тихо вскрикнула, прикрыв руками обнаженную грудь. Лицо у нее стало таким бледным, что Свифт испугался, как бы она не упала в обморок. Он сделал шаг навстречу ей, его сапог раздавил осколок. Он опять замер, во все глаза глядя на нее. Он знал, что не должен был делать этого, но не мог перебороть себя. Ничего прекраснее этого в его жизни не было. У него пересохло в горле. В висках застучало. А настороженное выражение ее лица предостерегало его и приковывало к месту.

— Эми…

Она отступила на шаг.

— Мне не нужно было этого делать… Это было так глупо. — Она оборвала себя и сделала еще шаг назад. — Я вся в яблоках.

Свифт сделал еще два шага вперед, круша сапогами фарфор. По мере того как он наступал, она отступала назад, все дальше и дальше в тень.

— Эми, не надо. — Он поскользнулся на яблоке и опять выругался. — Ведь это не так глупо. — Он перепрыгнул через опасный участок. — Эми, вернись.

Пылая гневом, она направилась в свою спальню. Свифт выругался себе под нос, провел руками по брюкам, чтобы стряхнуть с них остатки яблок, потом поспешил за ней. Но дверь спальни с грохотом захлопнулась у него перед носом. Он знал, что замка на ней не было. Взявшись за ручку, он медленно повернул ее. Легкие всхлипывания достигли его ушей, когда он открыл дверь. Ему хотелось дать себе хороший пинок.

Всхлипывания затихли. Когда его глаза привыкли к темноте, он увидел, что она пытается собрать свою одежду, которая была разбросана на бюро.

— Эми, — мягко проговорил он.

Она испуганно вздрогнула и сжалась в комочек, пытаясь накинуть свои панталоны на грудь. Свифт закрыл за собой дверь и остановился. Эми окинула себя обеспокоенным взглядом, потом посмотрела на него. Он знал, что она не может видеть его. Нежная улыбка пробежала по его губам. Он представил себе, как она выходила отсюда несколько секунд назад, вся дрожащая от страха, каждый шаг казался ей шагом на Голгофу, но она все-таки шла ему навстречу, прикрывшись лишь волосами, потому что она хотела его.