Он мог себе представить, как она была напугана. Он чуть не потерял контроль над собой, когда она прижалась теснее и приникла к нему, ища в нем утешения. Огромность того, что ему предстояло, навалилась не него. Свифт изо всех сил зажмурился, его била такая же дрожь, как и ее. Ему так отчаянно хотелось сделать все это красивым для нее, что его вдруг парализовала неуверенность. Одно неверное движение, одно впопыхах сказанное слово… Он глубоко вздохнул до боли в груди, отнял рот от ее губ и спрятал лицо в ее волосах.

— Свифт?

Он провел рукой по ее спине, чуть касаясь кончиками пальцев шрамов. Внутри него все дрожало, ибо она доверилась ему полностью и окончательно.

— Всё в порядке, Эми, любимая, — прошептал он, не вполне уверенный, кого он пытается успокоить — ее или себя. — Все хорошо.

— Ты весь д-дрожишь.

Он плотнее прижал ее к себе.

— Я знаю.

— Но почему?

— Я боюсь.

— Ты что?

Он нервно рассмеялся.

— Я трушу! Я отчаянно трушу. Если я сделаю это плохо… если у меня ничего не выйдет… Я так люблю тебя, Эми…

К своему удивлению, он почувствовал, как ее тело расслабилось. Она откинула голову назад, стараясь рассмотреть его лицо. Он выпрямился и открыл глаза, встретившись с ней взглядом. Она сняла руки с его шеи и зажала в них его лицо. С глазами, блестящими от слез, она поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать шрам на его щеке, ссадину на подбородке, потом его губы.

— О Свифт… не надо бояться, — прошептала она, прижав свои губы к его, и дыхание ее было таким чистым, что у него закружилась голова. — Я хочу сделать тебя счастливым…

— Счастливым? Я и так счастлив. Я так люблю тебя…

— Просто скажи мне это, — взмолилась она. — Так, как ты обещал. Скажи мне, что ты любишь меня, Свифт. Своим способом, без слов. Ты же не можешь сказать, что я как-то не так люблю тебя?

Он скользнул губами к ее горлу, обожая эти руки, лежавшие на его лице. Рот его нашел бьющуюся на шее жилку, и он прижал к ней свой язык. Сердце ее билось так сильно и часто, что он не мог уследить за его ритмом. Он опустил руки ей на талию и медленно потянул ее на пол, пока они оба не оказались стоящими на коленях на ковре.

Отодвинувшись, он сел на пятки, чтобы еще раз взглянуть на нее. Она стояла на коленях перед ним, подняв подбородок, устремив на него немигающий взгляд и обхватив себя руками. Очень нежно он взял ее за запястья и опустил руки. Ее белая кожа слегка порозовела. Свифт взял в руку ее грудь и слегка приподнял. Его собственная кожа казалась черной, как ночь, по сравнению с ее. Он наклонил голову и коснулся языком сжавшегося, розового кончика ее соска и слегка улыбнулся, обнаружив, что и здесь пульсирует кровь. Ей было так страшно, что сердце, казалось, отдавалось своим учащенным ритмом по всему телу.

При прикосновении его языка она ахнула, чувствительная плоть соска еще больше съежилась, инстинктивно защищаясь от раздражающей его ласки. Не в силах устоять, он взял его в рот, обхватив ее за бедра, когда она дернулась, порываясь встать с колен. Ее руки взлетели к его волосам. Она крепко вцепилась в них, дыхание ее становилось все быстрее и чаще, по мере того как его язык скользил по ее соску. Она низко застонала каким-то горловым звуком, когда он всосался в ее грудь, и откинула голову назад, едва он легонько укусил ее за сосок.

Потом она вдруг стала вся мягкой и податливой, как будто силы покинули ее. Поддерживая ее одной рукой, он опустил ее на пол и стал ласкать другую грудь, получая огромное удовольствие от тех задыхающихся, легких стонов, которые вырывались из ее груди. Эми. Его жена, его любовь, его бархатная мечта была сейчас в его руках и была прекраснее, чем все, что он мог себе вообразить или подумать.