– Переоденься, – она сунула гостю одежду: узкие коричневые штаны и просторную хламиду такого же цвета, с поясом и капюшоном. Наряд завершали башмаки с блестящими пряжками.

Элнар быстро примерил обновки – впору, даже башмаки не жмут.

– А кинжал? – дотронувшись рукой до пояса, неожиданно осведомился он.

– Ты забыл? – покачала головой хозяйка. – Откуда оружие у простого альби? Ой, а я-то что стою, старая дура?!

Охнув, она быстро поставила на огонь небольшой котелок, швырнув в воду несколько висевших над очагом кореньев.

– Пусть боги ветра изменят начальную сторону, пусть великие духи воды унесут тайну, – помешивая быстро закипевшее варево, монотонно приговаривала старуха, и пусть возвратится все только лишь хотениями рами… Иди сюда! – она поманила пальцем юношу. – Сними хламиду и наклонись над котлом… Смелее, я вовсе не собираюсь тебя варить! Вот так…

Элнар ощутил почти невесомое прикосновение старухиных рук к своим волосам и коже, потом побежало по голове и шее горячее варево… впрочем, уже и не такое уж горячее, терпеть можно. А старуха, поливая голову гостя отваром, принялась ритмично напевать что-то на непонятном языке.

– Заклинания, – догадался Элнар. – Интересно только, зачем?

Зачем – выяснилось сразу. Закончив свое дело, старуха взяла юношу за руку и молча подвела к висевшему на стене медному тазу, по всей видимости заменявшем здесь зеркало.

– Ну, ничего себе, дела! – поглядев в таз, изумленно воскликнул Элнар.

Еще бы, теперь вместо золотистых волос, на голове его вились роскошные черные кудри, а кожа на груди и руках, кажется, посветлела… да, да, именно что посветлела, и весьма заметно.

– Совсем другое дело! – старуха задорно всплеснула руками. – Теперь ты самый, что ни на есть, альби – крестьянин с предгорий, лесной бродяга, рыбак, деревенщина. Никому и в голову не придет подозревать в тебе… Помни, мой мальчик – все знания хороши вовремя. Чем меньше ты сейчас будешь знать о себе, тем больше у тебя шансов.

– Шансов на что? – тут же переспросил Эл.

– Узнаешь… Вы с проводником пойдете в Альбеззу, в столицу. Доберетесь до реки, дождетесь купцов или иных попутных и уж с ними – до самой столицы. Там тайно сговоритесь с торговцами, что плывут обратно, к океану.

– Не лучше ли договориться с ними сразу? Чего зря ездить в эту… Альбеззу, коль потом ведь все равно, возвращаться обратно, я правильно понял?

– Неправильно! – старуха недовольно прищурилась. – Не мерь все понятьем другого мира! Помни, иногда прямой путь гораздо длиннее кривого.

– Понял, – приглаживая непривычные кудри, послушно кивнул юноша.

– Уйдешь от купцов в дельте, – продолжала хозяйка. – В Долине Синих трав. Там получишь видение.

– Э… что получу, тетушка Рузамат?

– Тьфу ты, – старуха, недовольно ворча, сплюнула в угол. – Что надо, то и получишь.

– А как я узнаю, что это именно то, что мне надо?

– Узнаешь, – тяжело вздохнув, хозяйка уселась на лавку, посидела так немного, и, выглянув в дверь, кивнула:

– Пора.

      Размывая над странным и пока еще малопонятным ему разговором, Элнар вышел из хижины вслед за тетушкой Рузамат. Освещенный серебристой луной небосвод казался необычно светлым, уж куда светлей и холмов, и далекого луга, и даже озера, полноводного, огромного, из тех, что с уважением прозываются – озеро-море.